Призрак былой славы
Виной тому, возможно, определенное чувство неловкости, которое режиссер испытывал во время съемок нескольких эротических сцен: видимо, Ардженто куда проще представить свою дочь вовлеченной в жестокое убийство, чем в любовную игру (в том, что сама Асия чувствует себя естественно не только с Танатосом, но и с Эросом, можно было убедиться в недавнем фильме Абеля Феррары "Отель Новая Роза", где она тоже сыграла главную женскую роль). Кровавые сцены не шокируют, ужасные - не пугают, а призванные продемонстрировать декадентский вкус автора скорее смешат... Чего только стоит эпизод, где Джулиан Сэндз занимается любовью с крысами! Подобное было бы уместно у какого-нибудь развеселого Родригеса, но Ардженто, к несчастью, абсолютно серьезен.
Давно известно: все хорошо вовремя и в искусстве нет ничего хуже опоздания. В связи с этим можно только посочувствовать отечественным любителям кино: первая возможность увидеть на большом экране картину знаменитого Дарио Ардженто представилась им только сейчас. Живой классик жанра кровавого итальянского ужаса giallo, итальянский Хичкок и Висконти насилия (таковы почти что официальные титулы Ардженто) не просто появился на российском экране, когда мода на него уже давно пошла на спад, но и стартовал своим самым, наверное, неудачным фильмом: крупнобюджетной постановкой "Фантом оперы" по классическому роману Гастона Леру.
Все предыдущие годы своей кинематографической жизни Ардженто избегал экранизаций, хотя от продюсеров то и дело поступали завлекательные предложения. Для романа Леру он сделал исключение, виной чему старый фильм 1925 г. с Лоном Чейни в главной роли, сильно потрясший Ардженто в детстве и во многом определивший его дальнейшую кинематографическую судьбу. Ардженто долго готовился к этой работе, поставив перед собой задачу не просто создать очередной кровавый хоррор, но и передать на экране атмосферу Парижа прошлого века - времени проклятых поэтов, искусственного рая и роскошных оперных премьер. Снимать парижскую Grand Opera нечего было и думать (прежде всего - по финансовым причинам), и режиссер одно время смотрел в сторону нашего Большого театра, но потом остановился на Будапештской опере. Нашли подходящие катакомбы и привезли туда несколько сот крыс, которые к середине съемок разбежались по всем подземельям, так что пришлось пригнать из Италии еще один грузовик с грызунами. В нем, однако, оказываются серые крысы, и Ардженто лично красит их в черный цвет, отчего его знаменитые руки, которые он "одалживал" убийцам во всех своих фильмах, покрываются шрамами. Одним словом, он подошел к работе, как никогда, серьезно.
Однако чувство благоговения - не лучший спутник для режиссерской работы, поскольку результат скорее обескураживает. Пролог почему-то выглядит как цитата из "Возвращения Бэтмана" Тима Бертона, а Джулиан Сэндз своими длинными волосами скорее напоминает Боба из "Твин Пикс", чем выросшего в подземелье парижской оперы подкидыша. Асия Ардженто, органично вписывающаяся в душный мир "Травмы" и "Синдрома Стендаля", на этот раз выглядит потерянной в барочных декорациях фильма.