Учитель
Вчера на 63-м году жизни скончался от обширного инфаркта Анатолий Собчак.
Никому дотоле не известный ленинградский юрист запомнился телезрителям резкими выступлениями на Первом съезде народных депутатов СССР. С тех пор Собчак побывал и во власти, и опале, но никогда - в забвении. О нем говорили всегда.
Один из немногих людей, о которых Собчак всегда высказывался резко негативно, - его преемник на посту петербургского губернатора Владимир Яковлев сказал вчера: "Можно по-разному относиться к этому человеку, но равнодушных около него не было".
Смерть застала профессионального политика Собчака без государственных титулов и должностей, просто практикующим юристом. Он был президентом Балтийской коллегии адвокатов, председатель президиума которой Юрий Новолодский когда-то учился у него в университете. "В последнее время у адвоката Собчака были клиенты федерального масштаба, играющие ключевую роль в экономике страны", - говорит Новолодский.
Он убежден, что Собчак стоял на пороге возвращения во власть.
"Не использовать такого ранга либерального политика, воспринимаемого на Западе, было бы непростительно", - говорит он.
И правда, экс-мэр был доверенным лицом Владимира Путина на президентских выборах.
Часто такая работа предшествует назначению на важную должность. Теперь Путину осталось лишь на словах высказывать свое почтение к профессору Собчаку.
"Анатолий Александрович был для меня близким человеком, Учителем, - говорится в телеграмме и. о. президента вдове и дочери Собчака. - Он делился не только азами профессии, но всегда служил примером порядочности, твердости в отстаивании своих убеждений".
С точки зрения работавших с ним, Собчак вполне заслужил большую "У" в слове "Учитель".
Он придавал померкшему, находившемуся в состоянии вечного ремонта Питеру некий нематериальный европейский блеск, который городским чиновникам хотелось поддерживать.
"В городе было приятно работать, - рассказал "Ведомостям" бывший заместитель мэра Петербурга, ныне президент футбольного клуба "Зенит" Виталий Мутко. - Он всегда тащил свое окружение до высокого уровня, который занимал сам. Вице-мэры общались с английской королевой, Клинтоном, Жаком Шираком.
Это был уровень нашего города".
"Уровень" Собчака выражался не только в этом. "В нем никогда не было жестокости, - вспоминает Мутко. - Я вспоминаю, как коммунисты нас не пустили на Пискаревское кладбище. Люди стояли с плакатами "Собчак - Иуда! ". Он был настолько высок, что улыбнулся и ушел. Мы могли применить силу, но даже мыслей таких не возникало".
Именно в таком романтическом ключе рассказывают о Собчаке коллеги. Говорят, что ни управленческий опыт, ни коррупционные скандалы вокруг его работы в Питере, ни ставшая с начала 90-х заметно циничнее российская политическая жизнь не убедили его в неверности перестроечных - названных с тех пор "демшизовыми" - идеалов.
В 1997. Собчак, обвиняемый в коррупции, был вынужден фактически эмигрировать во Францию. Оттуда взглядом организатора полумиллионных "перестроечных" митингов он следил за происходящим в России.
"Я наблюдал события, связанные с дефолтом, и мне было стыдно за наших людей - они действовали как "совки" в лучших традициях старых времен, - говорил он в одном из своих парижских интервью в июне 1999 г.
- Если бы в тот момент я был губернатором, то вывел бы людей на улицы и заставил правительство запретить хотя бы на полгода вывоз валюты из страны и арестовать личное имущество руководителей банков, а их самих посадить под домашний арест до полного расчета с клиентами".
Вернувшись с такой программой в родной Питер баллотироваться в Госдуму, Собчак выглядел скорее идеалистом, чем политиком сегодняшнего дня. Выигравший у него 2% "яблочник" Петр Щелищ оказался прагматичнее.
Собчак был готов к такому повороту событий. Тогда он сказал одному из питерских журналистов, что вернется в Париж и займется изданием русскоязычной газеты "Русский европеец".
Но вместо этого решил помочь своему бывшему студенту Путину. И не дожил до его победы.
(Одно из последних интервью Анатолия Собчака, которое он дал "Ведомостям", читайте на стр. А3.)