Визит консультанта как примета роста
Из деловой прессы узнаем о признаках оживления рынка консультационных услуг и аудита в России, который в буквальном смысле слова обрушился в августе 1998 г. - вместе с наиболее платежеспособной клиентурой (системными банками, финансовопромышленными группами, нефтяными грандами), вместе со свертыванием или замораживанием многих инвестиционных проектов с участием зарубежного капитала. Такова доля консультантов, сопровождающих и обслуживающих клиентов по всему миру (глобальный статус "большой пятерки", например, обязывает к присутствию во всех экономически значимых зонах).
В "Ведомостях" читаем о том, что несколько воспрянувший КамАЗ мыслит о возобновлении прерванного несколько лет назад сотрудничества с Deloitte & Touche, по-видимому, в надежде предъявить некоторым кредиторам убедительные свидетельства перемен к лучшему в управлении предприятием, улучшения показателей, чтобы добиться права на новый кредит доверия.KPMG получает заказ на аудит по международным стандартам деятельности "ЛУКОЙЛа" за несколько лет, в течение которых, как можно понять, он в полном объеме не проводился. Что касается Пенсионного фонда России, то последний ставится перед необходимостью проведения у себя международного аудита, право на проведение которого выиграл консорциум Ernst&Young и российской фирмы ФБК. В этом же перечне - и Сбербанк.
Везде - со стороны объектов аудиторской проверки - чувствуется элемент вынужденности и тяжелой необходимости. Нельзя утверждать, чтобы ощущалась какая-то внутренняя, органическая потребность в аудите и консалтинге. Конечно, это услуги весьма дорогостоящие. Кроме того, компании, как правило, сопротивляются раскрытию информации о себе даже в старых индустриальных демократиях, не говоря уже о странах с переходной экономикой - условия работы в них плохо сочетаются с прозрачностью и полной отчетностью. Нанимают аудитора, как адвоката или врача, только в случае крайней необходимости, без особой радости и удовольствия.
И, наверное, нет ничего удивительного в том, что примерно та же картина неприятия необходимости соблюдения международных стандартов независимого аудита наблюдается и в других переходных экономиках, кстати сказать, успевших более глубоко интегрироваться в региональное и мировое хозяйство. В Таиланде жертвой покушения стал австралийский специалист по вопросам банкротств, работавший на Deloitte Touche Tohmatsu, - и именно из-за профессионального выполнения своих обязанностей. В Джакарте был обстрелян офис PricewaterhouseCoopers (PWC), что произошло за день до завершения работы над отчетом по банку Bali и было расценено как акт устрашения. Это единичные и нехарактерные инциденты, но они говорят о накале страстей и об угрозе, которую disclosure раскрытие информации - несет многим управляющим и дельцам.
А именно тем, кому есть что скрывать как от акционеров и партнеров, так и от надзорных органов.
Самое интригующее заключается, однако, в том, что тяжелый финансовый и валютный кризис, начавшийся в 1997 г., не привел к эвакуации международного аудиторского корпуса из новых индустриальных стран (НИС) и из кандидатов в их число. Даже напротив, для него открылся более широкий фронт работы. В Индонезии вслед за санацией десятков коммерческих банков начинается "зачистка" четырех государственных, причем, как говорят, в усиленном режиме. "Большая пятерка" делает экономику более прозрачной, преображая корпоративный ландшафт Азии. Тяжелые времена для экономики - это время крупных заказов для международных аудиторов", - свидетельствовал недавно Far Eastern Economic Review. На волне кризиса и в посткризисный период, который, впрочем, перетекает уже в фазу подъема, численность персонала PWC в странах АзиатскоТихоокеанского региона достигла 23 000 человек, а выручка выросла с $1,5 млрд в 1997 г. до $1,7 млрд в 1998 г.
Можно сказать так: если тебя аудируют по международным правилам, то ты кому-то нужен.
Ряд стран Восточной Азии, в наибольшей степени пострадавших от кризиса, носившего, как мы знаем, глобальный характер, кризиса, вызванного, в частности, несоблюдением проверенных практикой стандартов ведения бизнеса, получают помощь на восстановление на многие десятки миллиардов долларов от международных финансовых институтов, банков и правительств, а проследить за тем, насколько эффективно используются эти средства, во многом призваны аудиторы. Не будь названные государства тесно привязаны к мировой экономике, не удостаивались бы они и такого внимания.
Но интеграция в мировую экономику недостижима без профессиональных консультантов и аудиторов. Приток капитала стимулируется слияниями и поглощениями, а какие же из них возможны без услуг по разделу "корпоративные финансы". Но много ли поглощений и слияний было в России? Неудивительно, что далеко не все офисы "большой пятерки" в Москве сегодня располагают отделом корпоративных финансов или финансового оздоровления. Здесь нет клиентской базы. Во Владивостоке Price Waterhouse была крупнейшим налогоплательщиком, и это достаточно удивительно, поскольку сама фирма по идее является поставщиком услуг для корпораций, в десятки раз превосходящих ее по объему выручки и масштабу деятельности.
Российская клиентура пока что либо оправляется от дефолта, либо подрастает до того уровня, когда без международного аудита не обойтись. Некоторые успешные российские компании, не относящиеся к числу гигантов, ездили представлять себя мировому деловому сообществу на форум в Давос. Международные аудиторские фирмы, которые часто выступают в партнерстве с собственно российскими фирмами и нанимают все больше российский персонал, занимаются этим - представлением компаний мировому деловому сообществу - на регулярной основе.
Час консультанта пробьет, и это будет хорошей новостью для российской экономики.
Автор работает в консультационном бизнесе более семи лет, из них пять лет - ведущим консультантом в компании Deloitte&Touche CIS