Выборы без денег

Предновогоднее решение группы компаний "Видео Интернешнл" о прекращении партнерства с НТВ и переходе на ОРТ привело к заметному перераспределению на рынке телерекламы. По данным "Независимых медиа-измерений" (за неделю с 24 по 30 января), затраты на рекламу распределились по центральным каналам следующим образом: ОРТ - 32,17%, НТВ - 29,5%, РТР - 25,3%, ТВ-6 - 6%, ТВЦ - 4%. В нынешнем году "ВИ" продает рекламное время ОРТ и ТВ-6, продолжая сотрудничать с РТР и сетью СТС. То есть "ВИ" распоряжается большей частью имеющихся на телевизионном рынке коммерческих возможностей. В то же время президент "Видео Интернешнл" Юрий Заполь утверждает, что группа компаний не является монополистом.

- После того как "Премьер СВ" прекратил существование в качестве медиа-селлера, "Видео Интернешнл" год работала на рынке телерекламы как практически единственная внешняя структура. Для вас такое положение было удачным? - Для нас ситуация никак не менялась, потому что все участники рынка остались. И мы как работали, так и работаем. Я никогда не видел принципиальной разницы между внутренним и внешним сейлз-хаузами. Как была у нас в качестве основного оппонента Ольга Барская [экс- "Премьер СВ", эксОРТ], так она и осталась. Теперь она возглавляет внешний, но в то же время собственный сейлз-хауз "Медиа-Моста". Поменялись только телеканалы.

- Вы по-прежнему отрицаете, что говорили Гусинскому о продаже "ВИ" Березовскому и Черному? - Это вы цитируете пресс-службу "Медиа-Моста". Я этого не говорил. Форма собственности "Видео Интернешнл" осталась прежней.

Хотя я никогда не исключал и не исключаю, что у нас могут появиться различные партнеры. Как отечественные, так и зарубежные.

Если, конечно, это выгодно по бизнесу. Но пока таких предложений не поступало.

- Против Березовского и Черного вы ничего не имеете? - Я с господином Черным вообще не знаком. С Березовским мы знакомы давно. А сейчас перешли на канал, с которым он связан. Но это никак не связано с тем, как я отношусь к господину Березовскому. То же самое относится и к господину Гусинскому, и к любому другому нашему партнеру. Безусловно, вопрос продажи акций компании кроме финансовых условий зависит и от личных взаимоотношений. Пока возможность такого партнерства с названными вами господами не рассматривалась.

Предложений от них не поступало.

- Почему же тогда уход "ВИ" с НТВ оказался конфликтным? - Думаю, у НТВ и "Медиа-Моста" было такое ощущение, что мы по своему бизнесу полностью завязаны на них. Любые предложения от ОРТ на протяжении последних трех лет могли рассматриваться нами только при согласовании с НТВ, с которым с 1 января 1997 г. по 31 декабря 1999 г. у нас был заключен контракт. Да, у нас было принципиальное соглашение, что и в 2000-м мы продолжаем работать. Но к началу декабря договор с НТВ подписан не был. Шло согласование различных условий.

- Вы не договорились? - Можно договориться о продлении контракта, но когда не ясно, на какой срок и какие комиссионные нам будут платить... Например, у "Премьер СВ" соглашение с ОРТ было многолетним, но в нем отдельным пунктом было записано, что условия оговариваются каждый год. Понятно, что всегда можно не договориться по условиям. Вопрос условий НТВ был для нас непонятен. Поэтому, когда мы получили предложение от ОРТ с существенно более интересными условиями, у нас не было никаких бизнес-оснований, чтобы не рассматривать и в конечном счете не принимать предложение.

- НТВ предлагало более выгодные условия, чтобы продолжать работать с "ВИ"? - Я не очень люблю приходить к одному и получать одни условия, а потом идти к другому и говорить, что предлагают больше. Когда мы узнали условия ОРТ, обсудили их на совете директоров и решили, что они очень внятные и интересные. Я пошел к господину Гусинскому и объявил ему об этом. Он предложил мне встречные условия, которые могли быть соизмеримы с условиями ОРТ. Два дня у нас был тайм-аут. В итоге мы сошлись на ОРТ.

- Для вас это исключительно коммерческая выгода? - Не только. Предложение ОРТ интереснее стратегически. С НТВ мы работали шесть лет. Нам там все понятно. А ОРТ - новая область. У нас с ними соглашение на несколько лет. К тому же по всей логике бизнеса НТВ был нужен собственный сейлз-хауз. Мы понимали, что стратегически наши взаимоотношения с НТВ должны были привести либо к тому, чтобы мы стали их внутренней структурой, либо к тому, чтобы мы с ними расстались.

- Представители "Медиа-Моста" говорили, что "ВИ" не учитывала интересов каналов холдинга.

- Это как же так? У нас было комиссионное соглашение. Когда мы получаем проценты от доходов канала, наши интересы совпадают.

Все заинтересованы в том, чтобы канал собрал больше денег. Подтверждением этому как раз и являлось то, что мы шесть лет работали с НТВ, хотя им периодически поступали предложения о смене рекламного партнера.

- Как же привыкшее к гарантийному договору ОРТ согласилось работать с вами по комиссионной схеме? - Ну, во-первых, мы последние годы не работаем и не собираемся впредь работать на гарантии. Вовторых, гарантии обычно просят, когда не уверены в профессионализме партнера и в его прозрачности. До 1997 г. НТВ и РТР работали с нами на гарантии. Понадобились годы, чтобы они убедились в нашем умении выполнять работу и чтобы мы объяснили им, как они могут контролировать нашу систему продаж. Наверное, работая с предыдущим партнером на гарантии, ОРТ не было уверено в этих двух вещах.

- На решение о переходе на ОРТ повлияло то, что этот канал поддерживает действующую власть, тогда как НТВ, наоборот, стало оппозиционером? - Я не исключаю, что политические соображения влияли на то, что нам поступили такие внятные предложения от ОРТ. Мы же рассматривали ситуацию исключительно по бизнесу. Сидели с калькулятором и считали, сколько сможем заработать. Продажа рекламы вообще действие сугубо неполитическое. В 1997 - 1998 гг. мы продавали рекламу на НТВ, принадлежавшем группе "Мост", на государственном РТР, на московском "ТВ Центре" и на принадлежащем американцам СТС. У всех четверых владельцев были разные политические интересы.

- Но сейчас гораздо более острая ситуация...

- В бизнесе мы никогда не закладывались на то, что с тем или иным носителем может что-то случиться.

Иначе работать нельзя. Политические пристрастия каналов очень изменчивы. В 1994 - 1995 гг. Березовский с Гусинским были злейшими врагами, в 1996 - 1997 гг. - лучшими друзьями. Сейчас они снова разошлись. И я не знаю, какие у них будут взаимоотношения через месяц. Что-то может произойти с собственностью каналов, с их управляющими. Но я абсолютно уверен, что с каналами ничего не произойдет. В каждом нашем договоре записано, что смена руководства и собственников не является основанием для пересмотра договора.

- Рекламные доли каналов, с которыми вы сейчас работаете, в сумме перевалили за 50%.

Вы не боитесь санкций антимонопольного министерства? - Давайте внесем полную ясность.

"Видео Интернешнл" не владеет ни одной минутой ни на одном телеканале, ни одним процентом акций ни одного СМИ. Хотя мы достаточно известны на рынке и получали достаточно предложений стать акционерами того или иного канала.

Но как только это произойдет - у нас тут же возникнет конфликт интересов с другими нашими клиентами. Мы - сервисная компания.

Вот у ОРТ доля аудитории тоже далеко переваливает за ту границу, которая определена МАП как критическая для понятия "монополия".

Что, в этом виновато ОРТ? Дело канала - нанимать нас для реализации своих коммерческих возможностей. При чем здесь монополия? - Даже если бы вы обслуживали все центральные каналы, вы бы не считали себя монополистом? - Нет. Тем более если говорить обо всем рекламном рынке, то он не ограничивается центральными каналами. Повторяю: мы продаем чужой товар, и только когда владелец просит продать. Вот если бы мы купили все рекламные возможности каналов и перепродавали...

- Но вы же можете влиять на ценовую политику.

- Расценки на рекламу разрабатывают и утверждают каналы. Естественно, мы их консультируем и влияем на процесс. Но все равно цену диктует рынок. Если цена рекламного времени будет дешевле, мы создадим социалистическую ситуацию дефицита. Поэтому, когда мы работали с НТВ, всегда приглашали коллег с ОРТ, чтобы совместно согласовать ценовую политику. В этом заинтересованы все.

- Вы допускаете, что конкурент может начать ценовую войну? - Это будет не очень хорошо. Но ОРТ - системообразующий канал.

Демпинг на нем был существенным для рынка. Демпинга на НТВ, у которого 18 - 20% общенациональной аудитории, мы не очень боимся. К тому же не в интересах и не в возможностях НТВ сейчас демпинговать.

- Вопрос о продолжении сотрудничества с РТР в следующем году так и не решен? - Висит. Мы понимаем, что ОРТ и РТР конкурирующие, во многом пересекающиеся каналы. Если у них не будет возражений, будем продолжать работать с обоими. Но если ОРТ решит, что продолжение нашего сотрудничества с РТР ущемляет их интересы, мы будем вынуждены отказаться от РТР.

- С участием "ВИ" в прошлом году была разработана схема региональных продаж в рамках медиа-холдинга ВГТРК. Она так и не реализована? - Пока не реализована, и мы, честно говоря, не очень понимаем, нужно ли это делать. Сама идея создания централизованного агентства с партнерами в регионах была достаточно здравой. Но на деле ее оказалось сложно осуществить, поскольку в схеме фигурировали партнеры РТР и НТВ на местах, а они в большинстве регионов не просто непримиримые конкуренты, но даже враги. В двух-трех регионах мы смогли достичь договоренности, но пришлось преодолевать дикое противостояние. Снабдить региональные продажи технологией, выработанной в центре, и увеличить в регионах поток рекламы от центральных клиентов задачи и сейчас актуальные. Связки РТР - НТВ - "Видео Интернешнл", конечно, быть уже не может, но, думаю, сами задачи в той или иной форме все-таки будут решены.

- Какой объем рынка телерекламы вы прогнозируете в этом году? - У нас очень осторожный прогноз. Мы не ждем существенного роста по сравнению с предыдущим годом.

- Который был не так плох.

- Он был не так хорош. Рынок составил около 40% от уровня 1997 г. и 25 - 30% от того, что должно было быть в 1998-м, если бы не было кризиса. В нынешнем году рынок даже близко не достигнет уровня 1997 - 1998 гг. Дай бог, если выйдем на отметку 1996 г. Хорошо, если объем рынка вырастет на 20% по сравнению с прошлым годом, когда, по нашим оценкам, все центральные каналы и сети реально собрали около $190 млн, включая политическую рекламу и проч.

- Доходы от политрекламы в прошедшую парламентскую кампанию были высоки? - Нет. Было потрачено существенно меньше, чем в 1995 - 1996 гг., и даже меньше, чем мы ожидали. Хотя борьба была острой.

- Чем вы это объясняете? - Во-первых, тем, что после кризиса у многих структур, которые в 1995 - 1996 гг. финансировали те или иные политические объединения и партии, с деньгами было хуже. Во-вторых, жесткие ограничения и контроль Центризбиркома привели к тому, что никто не хотел рисковать.

- Работа с Союзом правых сил для "ВИ" тоже была не слишком прибыльной? - Да мало было денег. Просто слезы. Ради таких бюджетов вообще не стоило проводить парламентскую кампанию. А на президентскую будет еще меньше денег.

- Потому что исход выборов предопределен? - По крайней мере, сегодня в гонке есть явный фаворит. Поэтому, думаю, рекламной кампании с задачей выиграть не будет. Могут рекламироваться отдельные кандидаты с целью засветиться или получить хоть сколько-нибудь голосов, а потом продать их, если будет второй тур. Но пока ожесточенной борьбы, как в 996 г., я не предвижу.

- Путину нужна прямая реклама? - Думаю, нет. Хотя до выборов еще полтора месяца, я надеюсь, что ничего не изменится. Я даже готов не получить политрекламных бюджетов. Честно говоря, на этих выборах я болею за Путина.

- Вы готовы рекламировать любого кандидата? - У нас есть сейлз-хауз, который продает рекламные возможности всем. Есть несколько рекламных агентств, которые работают с разными клиентами. Но у нас есть и свои ограничения в политике: мы работаем с теми, кто в центре и правее. Мы работали с СПС, а наши дочерние агентства - с ЛДПР, "Яблоком", партией пенсионеров.

Если бы обратился Анпилов, мы бы и ему продали рекламные возможности, но только не креатив, не наши мозги.

- Вы уверены, что, если на выборах победит Путин, для вашего бизнеса будут комфортные условия? - У меня нет такой уверенности.

Никто не знает, как поведет себя человек, придя во власть. В равной степени это относится и к Путину, и ко мне, и к вам. Но у меня нет никаких оснований полагать, что Путин будет опасен для бизнеса и для демократии. Насколько мне известно, он не связан ни с какими олигархическими структурами. Мне для бизнеса не нужна помощь власти. От власти мне нужно только, чтобы она не мешала рынку в стране и не лоббировала интересы моих конкурентов. У меня нет оснований считать, что Путин будет лоббировать интересы Лисовского или Гусинского в ущерб мне.