Алексей Родзянко в политику не рвется

На встречу с Алексеем Родзянко, генеральным директором московского банка J.P.Morgan, вместо банковских балансов я захватил книгу "Крушение империи", написанную Михаилом Родзянко - последним председателем дореволюционной Думы, прадедом банкира.

"Я читал ее очень давно - еще в Америке, улыбается Родзянко, увидев книгу на моем столике. - Надо бы перечитать".

Мы встречаемся в ресторане "Аврора" - в атриуме отеля Marriott Royal. Как в практически любом другом московском отеле международной гостиничной сети, в ресторане Marriott есть русское и международное меню.

Выбор Родзянко выдает в нем американца: он заказывает салат "Цезарь" и пасту. (Позже Родзянко скажет, что в США его семья - больше русская, в России - больше американская.) У родившегося и выросшего в США Родзянко удивительный русский язык. Это не язык эмигрантов первой волны, наполовину забывших русское произношение и говорящих "телефонируйте мне, голубчик" с французским прононсом. У него совершенно иная мелодика языка, поэтому просто слушать речь банкира - уже удовольствие. В современной России так уже не говорят - наш язык навсегда испорчен революционными матросами и депутатами Верховного Совета.

Отец Алексея Родзянко родился уже в Югославии - после гражданской войны последний председатель Государственной Думы вместе со своей семьей бежал от большевиков в Сербию.

В конце Второй мировой войны семье Родзянко пришлось стать беженцами еще раз: скрываясь от наступающей Красной армии, они оказались в Мюнхене. Фашисты их не тронули - Родзянко говорили по-немецки, а бабушка Алексея была из обрусевших балтийских немцев. Семье удалось избежать депортации в Советский Союз: от этого их спас американский офицер, выдавший Родзянко документ, в котором говорилось, что эту семью не следует выдавать большевикам, потому что они старые эмигранты. Это письмо до сих пор хранится в доме как семейная реликвия.

В 1949 г. Родзянко приехали в США. Два года спустя родился Алексей. Семья практически все потеряла в России - Родзянко были богаты главным образом землей, - поэтому пришлось начинать все сначала.

Алексей учился в обычных школах, но учился хорошо, поэтому получил стипендию, попал в Dartmouth College - один из старейших университетов Америки. Диплом по русской филологии Родзянко получил в 1973 г. тогда как раз началась оттепель и США были нужны переводчики с русского языка. Алексей три года ездил по всему Советскому Союзу и по всей Америке с различными делегациями.

Однажды он был переводчиком с советской делегацией, которой показывали ведущие бизнес-школы США - Stanford, Harvard, Wharton...

"Я внимательно слушал, смотрел и понял, что хочу заниматься именно этим, - рассказывает Родзянко. - Я поступил в бизнес-школу в 1979 г.

- как раз перед самой войной в Афганистане.

Можно сказать, что мне повезло, иначе я остался бы без работы: все переговоры между СССР и США прекратились года на два".

Получив МВА по финансам и бухучету, Родзянко пришел работать в нью-йоркский банк Manufactures Hannover, в котором провел 14 лет. Там он, в частности, торговал бразильскими долгами и конкурировал с J.P.Morgan - своим будущим работодателем.

В Россию Родзянко переехал в 1995 г. - его пригласили принять участие в создании банка MCBBL (который теперь называется Flemings UCB). Через полтора года J.P.Morgan предложил ему возглавить свой открывающийся московский банк.J.P.Morgan - очень консервативный институт, поэтому дискуссии о том, стоит ли открывать свой дочерний банк в России и когда это следует делать, велись несколько лет.

Когда после президентских выборов 1996 г. было принято принципиальное решение о том, что надо приходить в Россию, оказалось, что внутри J.P.Morgan нет опытных сотрудников, говорящих по-русски.

Активная работа по открытию московского филиала продолжалась полтора года.

J.P.Morgan начал торговать на местном рынке, нанимать людей, подыскивать помещение.

Новых сотрудников отправляли в Лондон, там они сживались с банком, привыкали к его корпоративной культуре. Московский офис J.P.Morgan был открыт... 3 августа 1998 г.

После кризиса в Москве прошли значительные сокращения: штат сократился с 50 до 11 человек. Но уволены были очень немногие: большинство сотрудников российского офиса были отправлены на работу в другие подразделения J.P.Morgan. "Сегодня у нас больше русских в разных офисах J.P.Morgan, чем было год или два года назад, - говорит Родзянко. - То есть команда сохранилась. Сейчас в московском офисе 15 человек, еще 12 человек работают с Россией из Лондона, еще несколько россиян трудятся в ЮАР и США".

Российский J.P.Morgan открылся перед самым кризисом, но банк в целом понес достаточно существенные потери: у J.P.Morgan была небольшая позиция в ГКО и во внешних обязательствах ВЭБ, а также форвардные контракты с российскими банками. И то, как российские контрагенты отнеслись к исполнению своих обязательств, вызывает у американского банкира большую озабоченность.

"Их проблемы понятны: в мире не было прецедентов таких резких девальваций, - говорит Родзянко. - Но как эти банкиры потом стали уходить от ответственности, создавать бридж-банки... Эта проблема повлияла на отношение к России иностранных инвесторов гораздо больше, чем все рыночные шоки".

"Мы были абсолютно не в силах помешать олигархам, мы лишь могли наблюдать, как они выводят активы в бридж-банки, - добавляет он. - На переговорах нам сказали: или соглашайтесь с тем, что вам дают, или ничего не получите. А потом подавали как огромный успех, что кредиторы согласились с предложениями должников. Но настоящих переговоров не было - нам не оставили выбора".

"Олигархи в порядке, а их банки - банкроты, - говорит Родзянко. - В дураках остались российские вкладчики, иностранные кредиторы и банковская система страны в целом, которой больше не доверяют и не будут доверять до тех пор, пока не будет ясности, что ЦБ стоит на страже интересов банковской системы, а не "системообразующих банкиров".

Американский финансист полагает, что нынешнее руководство ЦБ проводит правильную и взвешенную кредитно-денежную политику, хотя и считает Виктора Геращенко и его команду людьми "глубоко нерыночными". В то же время у Родзянко есть еще одна серьезная претензия к ЦБ и Минфину: по его мнению, средства иностранных инвесторов на счетах "С" размораживаются очень медленно. "Минфин и ЦБ приняли предложение ввести конвертируемые ГКО, которые фактически убили серые схемы. Но это временное улучшение - фактически это та же серая схема, только с лучшими условиями, - говорит банкир. - Объективных факторов для того, чтобы держать эти деньги, больше нет - сумма настолько невелика (по сравнению с торговым балансом страны), что она не грозит рублю ни в коей мере".

Родзянко много говорит о макроэкономическом положении России - понятно, что банк, основным бизнесом которого является торговля государственными облигациями, внимательно следит за этим вопросом. По оценкам J.P.Morgan, на положение страны влияет ряд положительных макроэкономических факторов, связанных с ростом цен на нефть и девальвацией. "На год вперед очень сложно вообразить себе проблемы для России: экономист J.P.Morgan поднял прогноз экономического роста для России до чуть меньше 5%, - говорит Родзянко. - Но рынок еще не полностью осознал все положительные перемены, которые случились с Россией".

По мнению Родзянко, инвесторам в России нужно всего три вещи: защита прав собственности, понятная процедура банкротства и стабильный механизм налогообложения. Тогда в экономику России пойдут деньги, причем первыми пойдут российские деньги, вывезенные на Запад.

Как и большинство бизнесменов, Родзянко с нетерпением ждет, как изменится экономическая политика государства после президентских выборов, и пока, как у большинства людей, вопросов к Путину у него больше, чем ответов на них. "Проблема не в том, что здесь не понимают, что нужно делать, - все понимают, но собраться и сделать не могут, - говорит Родзянко.

- Если Путин окажется дееспособен, если Шаталов сможет добиться изменений в налоговом законодательстве, если идеи Грефа и его Центра будут реализовываться, если Дума будет принимать рыночные законы, а Путин - обеспечивать необходимые административные реформы, тогда здесь можно ожидать великие события".

За десертом наш разговор вновь переходит к "делам семейным". Родзянко рассказывает, что его семья уже вполне обжилась в России, хотя поначалу его жена, тоже потомок русских эмигрантов, очень не хотела возвращаться в Россию. Старший сын пошел по стопам отца и сейчас работает в Нью-Йорке, в банке Morgan Stanley, остальные дети живут вместе в родителями в Москве.

Любопытно, но в США никто из Родзянко в политику не пошел. "Мои предки были беженцами, и их задачей было создать какой-то достаток, чтобы иметь возможность содержать семью, - объясняет Алексей Родзянко. В Америке свой подход к политике - сначала нужно стать обеспеченным человеком, а затем думать о власти. Здесь, возможно, другой подход: политика - это способ разбогатеть".