Проект отложен в долгий ящик
На прошлой неделе Владимир Путин наложил вето на закон "О внесении изменений и дополнений в федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве) ". Во время визита в Лондон президент сказал, что вето ставит заслон на пути декоративных банкротств.
Причины отклонения новой редакции закона глава государства изложил в письме председателю Совета Федерации Егору Строеву.
Работа над поправками к вступившему в силу весной 1998 г. закону "О банкротстве (несостоятельности) "началась еще в Думе прошлого созыва. Необходимость править свежепринятый закон объясняется уже тем, что он позволял обанкротить практически любую организацию, чья просроченная кредиторская задолженность превышала 500 минимальных зарплат. Это обстоятельство привело к тому, что закон повсеместно стали использовать как инструмент передела собственности. Причем инструмент этот работал столь эффективно, что уже через год действия закона остро встал вопрос о его изменении. Работа над законом велась в основном Федеральной службой по делам о несостоятельности (ныне - ФСФО) и профильным комитетом Госдумы.
Один из главных разработчиков поправок, депутат Николай Арефьев, отмечает, что представленный на подпись Владимиру Путину законопроект был результатом непростого компромисса.
Напомним, что этот закон стал одним из первых принятых Думой, затем получил отрицательную оценку комитета по собственности Совета Федерации и все же был одобрен сенаторами. "Вносивший от имени правительства в Думу закон руководитель ФСФО Георгий Таль дал положительное заключение по поправкам, - говорит Николай Арефьев. - И то, что закон отклонен президентом, это пощечина не только Думе и СФ, но и всем сторонам, которые участвовали в его подготовке".
Как следует из письма Владимира Путина председателю Совета Федерации, несогласие президента вызвали ключевые изменения в законе. Прежде всего это касается введения нового признака банкротства - неспособность удовлетворить в течение шести месяцев денежные обязательства перед кредиторами и при условии, что краткосрочные пассивы превышают балансовую стоимость оборотных активов. Такое положение уже применялось в 1992 - 1998 гг. и сделало старый закон неработоспособным.
Не было поддержано президентом безусловное повышение размера требований для инициирования банкротства с 500 МРОТ до 5000, так как это делает невозможным банкротство малого и среднего бизнеса и ущемляет права кредиторов. Предусмотренное увеличение срока с трех до шести месяцев, в течение которых юрлицо может не выполнять свои обязательства, как указано в письме президента, будет способствовать росту неплатежей и плохой собираемости налогов.
Также не было поддержано изменение срока с трех до 20 дней для вынесения судом определения о банкротстве в судебном заседании с участием всех сторон. Предлагаемая норма противоречит Арбитражному процессуальному кодексу и позволяет вывести наиболее ценные активы организациидолжника. Предусмотренная новой редакцией закона норма, устанавливающая обратную силу по делам, возбужденным до вступления в силу закона, противоречит Гражданскому кодексу.
Целый ряд замечаний вызвали изменения, усиливающие роль ФСФО: новая редакция закона лишает налоговые и другие уполномоченные госорганы возможности обращаться в арбитражный суд. А предусмотренный в новой редакции порядок назначения арбитражных управляющих противоречит закону "Об основах государственной службы РФ". Арбитражному процессуальному кодексу и закону "О прокуратуре РФ" противоречит право ФСФО обращаться в арбитражный суд с заявлением в защиту госинтересов при проведении процедуры банкротства.
Кроме этого в письме отмечены еще несколько статей и пунктов новой редакции закона "О несостоятельности (банкротстве) ", которые противоречат Конституции и ГК.
По мнению противников новой редакции закона, принятие поправок привело бы к существенному сужению поля банкротств и на нем могла бы установиться безраздельная власть ФСФО. "Президент поступил правильно, наложив вето на закон, говорит ведущий эксперт информационного агентства "Финмаркет" Андрей Лусников. - В общем русле укрепления центральной власти недопустимо такое концентрирование полномочий, которое предусматривал закон для региональных представителей.
Закон неадекватен к сегодняшней бизнес-среде, которая требует равных условий для всех участников. А могло получиться, что мелкий и средний бизнес с учетом предстоящего повышения минимального размера зарплаты вообще бы оказался исключен из банкротства". В то же время эксперт отметил, что отклонение закона имеет и свои минусы. "То же рейтинговое агентство Moody's одним из ключевых моментов нормального отношения к России называло хороший закон о банкротстве. Теперь Россию будут попрежнему упрекать в его отсутствии", - говорит Лусников.
Николай Арефьев уверен, что причины отклонения закона носят субъективный характер: естественные монополии - "Газпром" и РАО "ЕЭС России" - сделали все, чтобы президент его не подписал. По мнению Арефьева, преодолеть вето скорее всего не удастся в силу сложившейся политической конъюнктуры и распределения сил в Думе.