Единая Корея будет стоить $700 млрд
Вчера в Пхеньяне состоялась встреча президента Южной Кореи Ким Дэ Чжуна с лидером КНДР Ким Чен Иром. Это первый саммит с момента образования двух государств в 1948 г., и он может заложить основы для нормализации отношений между ними. Демаркационная линия, разделяющая страны, формально находящиеся в состоянии войны, вот уже почти полвека является одним из самых взрывоопасных мест на планете.
Подробности переговоров официально не оглашались. Известно, однако, что на саммите обсуждались такие вопросы, как воссоединение семей, экономическое сотрудничество и проблемы безопасности. Но главное значение встречи в том, что она произошла, и этот факт должен принести политические дивиденды Ким Дэ Чжуну, который после прихода к власти в 1997 г. решил отойти от проводившейся до него жесткой линии в отношении Северной Кореи. Выгоды встречи для КНДР ввиду закрытости ее для внешнего мира представляются менее ясными. Скорее всего одна из главных причин, толкнувших Ким Чен Ира на переговоры, - безнадежная нищета, царящая в стране.
По словам Дэвида Роше, президента лондонской аналитической фирмы Independent Strategy, отслеживающей тенденции мирового развития, согласие тоталитарного коммунистического режима на переговоры может являться свидетельством его попытки отсрочить близящийся крах.
Установлению контактов, направленных на формирование хоть каких-то отношений между Севером и Югом, способствовала объявленная Ким Дэ Чжуном "политика солнечного света". Неформальным посланником южан стал Чун Чжу Юн, основатель Hyundai Group, родившийся на территории нынешней КНДР. Хотя первые контакты, с точки зрения внешних наблюдателей, носили несколько анекдотический характер, но они свидетельствуют о том, насколько сложным был путь к диалогу. В июне 1998 г. Чун Чжу Юну удалось договориться и перевести через нашпигованную всевозможным оружием границу стадо в 1001 корову, которое он преподнес в дар КНДР. Затем баскетбольная команда Hyundai пригласила северокорейскую сборную на товарищеский матч. Северяне приехали и победили, однако практически не общались ни с кем из южан: сотрудники северокорейских спецслужб сопровождали баскетболистов даже в туалет.
С недавнего времени по причинам, остающимся неизвестными, политика КНДР стала чуть более открытой. В этом году начались переговоры с США, в мае после 25-летнего перерыва были установлены дипломатические отношения с Австралией, а Ким Чен Ир совершил свой первый международный визит - в Китай. В марте Ким Дэ Чжун заявил, что его страна "готова помочь Северной Корее в преодолении экономических трудностей". Вскоре после этого начались секретные переговоры о встрече лидеров. После объявления о саммите южнокорейские власти также сообщили, что зарезервировали 200 млрд вон ($179 млн) для финансирования проектов в КНДР. В установлении мирных отношений между двумя Кореями заинтересованы и другие страны - прежде всего США и Япония. И те и другие подозревают, что КНДР разрабатывает ядерное оружие, и опасаются северокорейских ракет. Кроме того, США держат на границе с КНДР 37 000 солдат.
Однако перспективы дальнейшего сотрудничества, а тем более объединения остаются не просто туманными - "солнечный свет" президента Ким Дэ Чжуна пробил лишь первое, и, вероятно, не самое сложное, препятствие.
Объединение станет плохой новостью для инвесторов в южнокорейские активы. Производственные активы КНДР будут совершенно бесполезны при строительстве рыночной экономики - в частности, потому, что большая их часть приходится на ВПК. По словам Роше, затраты на реструктуризацию экономики КНДР существенно недооцениваются Южной Кореей и мировым сообществом. При ВВП на душу населения в $700 (такова оценка внешних аналитиков) люди не ведут столь нищенский образ жизни. Роше считает, что показатель завышен раз в десять. Чтобы за 10 лет довести жизненный уровень в КНДР хотя бы до одной трети южнокорейского, потребуется около $700 млрд (т. е. ежегодно Южная Корея должна была бы тратить 10% ВВП) - вдвое больше, чем, по самым смелым оценкам, стоило объединение Германии. И это при том, что Корее удастся избежать двух ошибок, оказавшихся чуть ли не фатальными для богатейшей Западной Германии, - объединения валют по смехотворно завышенному курсу и принятия на себя расходов по социальному обеспечению "бедных родственников" (последнее обходится правительству ФРГ в 4 - 5% ВВП в год). Две эти меры могут добавить в графу "расходы на объединение" еще $150 млрд, причем вторая из них может оказаться неизбежной. Роше приводит слова одного южнокорейского министра насчет того, что если КНДР рухнет, то Южная Корея первым делом закроет границу, но ее тут же надо будет открыть, иначе придется стрелять в тех, с кем так долго хотели объединиться. (Использованы материалы WSJ.)