“Новое начало” в Германии
Путину удалось разогреть российско-германские отношения, существенно охладевшие после эпохи большой дружбы Бориса Ельцина и Гельмута Коля. Бывший резидент КГБ в Германии смог расположить к себе не только деловые круги, изначально готовые к контакту, но и политическое руководство, воспринимавшее Путина до этого визита весьма сдержанно.
На пресс-конференции, завершавшей путинский визит, федеральный канцлер Герхард Шредер объявил о новом этапе германо-российских отношений – “всеобъемлющем новом начале”. “Мы хотим вдохнуть в наши отношения новую жизнь, – сказал канцлер. – Германия будет поддерживать курс реформ президента Путина. На всех уровнях мы готовы вести [с ним] интенсивный политический диалог”.
За полтора рабочих дня в Берлине у Путина состоялось два раунда официальных переговоров со Шредером. Кроме этого, больше трех часов он провел у канцлера дома, где за ужином в неформальной обстановке они не только обсуждали государственные проблемы, но и рассказывали друг другу анекдоты на немецком. Отметив, что вместе в баню они ходить пока не собираются, оба лидера признали, что произвели хорошее впечатление друг на друга. Шредер даже принял частное приглашение Путина приехать в Россию с женой и детьми в начале следующего года.
“Новое начало” проявилось и в экономической плоскости. “Впервые после дефолта 1998 г. мы стоим перед новым подъемом наших отношений”, – сказал на встрече Путина с деловыми кругами министр экономики ФРГ Мюллер. “Мы даем очень высокую оценку стремлению немецкой стороны к реальному и очень интенсивному взаимодействию в инвестиционной сфере”, – подтвердил эти слова заместитель руководителя администрации президента Сергей Приходько.
В день отлета Путина это стремление было подкреплено четырьмя соглашениями, которые подписал с немецкими партнерами “Газпром”: о начале разработки Приразломного нефтяного месторождения в Баренцевом море совместно с газовым концерном Wintershall (объем инвестиций – порядка $1 млрд), о строительстве завода по производству метанола под Архангельском совместно с немецким Ferrostaal (объем инвестиций – $400 млн), о сотрудничестве с Ruhrgas в области энергосберегающих технологий (в перспективе может позволить экономить 10–20% внутреннего потребления газа), а также об окончании строительства газового комплекса в Новом Уренгое (объем инвестиций – $500 млн).
В Берлине Путин отдельно встречался с руководителями газовых концернов Ruhrgas и Wintershall, а также производителем электротехники Siemens. На последней встрече речь шла о производстве в России оборудования для АЭС, ТЭЦ, а также о сотовой связи. Представители Siemens сообщили о намерении создать в Петербурге мощности по производству сотовых телефонов последнего поколения.
В ближайшее время должна быть возобновлена схема страхования кредитов для России “Гермес” – как отмечали немецкие предприниматели, она крайне важна для среднего и мелкого бизнеса и позволит направлять в Россию порядка $1 млрд инвестиций ежегодно. “Достигнута политическая договоренность о размораживании этой схемы, – сказал “Ведомостям” министр экономического развития и торговли Герман Греф, участвовавший в переговорах на эту тему. – А 28–29 июня в Лондоне будут окончательно решены технические и юридические вопросы, связанные с ее реализацией”.
Другой важной для Путина темой визита стала международная безопасность, в частности создание системы противоракетной обороны с участием России, НАТО и Европы. К своим предыдущим предложениям он добавил еще одно, вполне конкретное. На заключительной пресс-конференции Путин напомнил, что во время визита президента США Билла Клинтона в Москву лидерами двух стран было подписано соглашение о создании в Москве центра по обмену информацией о пусках ракет. “Россия с большим удовольствием увидела бы в качестве третьей стороны в этом центре представителей объединенной Европы, – сказал Путин. – Если это будет Германия, то мы воспримем это с удовлетворением, но это уже дело наших европейских партнеров”. Это предложение не случайно было сделано именно Германии: она занимает схожую с Россией осторожную позицию по поводу создания США национальной системы ПРО, а также не является ядерной державой.
В Кремле считают, что от этого предложения немцам будет сложно отказаться. “Будет очень странно, если они его не примут”, – говорит один из высокопоставленных чиновников. Пока Шредер думает над ответом.