Пропаганда мечты
Фотография в СССР была поставлена на службу новому обществу уже в начале 20-х гг.
И быстро научилась радикально менять облик действительности.
Превращать, как у Родченко, строительство заключенными Беломорканала в картину героического свободного труда. Показывать, как у Шайхета, лысенковские эксперименты как победу над природой, несущую желанное изобилие. В СССР не было сюрреализма в искусстве, он был только в жизни, а жизнь как раз и являлась главным произведением пропаганды. Лишь очень редко фотография показывала жизнь сюрреальной Скак у Кулешова в изображении фабрики игрушек (множество крошечных ножек, ручек и торсиков, сквозь сеть которых виднеется фигура работницы). Или у Дебабова, на одной из последних (перед арестом) фотографий которого мы видим толпу пионеров в противогазах.
В США пропаганда мягче, но оттого не менее эффективна.
Направление задается тщательным отбором ракурсов, сюжетов, человеческих типов и жизненных казусов. Большая часть снимков в американском разделе является результатом деятельности Администрации по защите фермеров (FSA), созданной в рамках рузвельтовской программы возрождения страны под вполне советским названием "Новый путь". Там был исторический отдел, возглавляемый Роем Страйкером, наделенный пропагандистскими функциями.
В его задачи входило создание положительного образа работы Администрации в массовой прессе, для чего целый отряд фотографов колесил по аграрным районам страны, охваченной Великой депрессией, и фиксировал происходящее. Как в аналогичных случаях и в СССР, наряду с рядовыми тружениками камеры здесь работали и звезды: Уолкер Эванс, Доротея Ланг, Бен Шан. Именно благодаря им рутина, бывало, превращалась в творческие откровения. К примеру, главные шедевры классика Эванса были созданы в период его службы в FSA.
Удивительно, но даже картины предельной американской бедности сегодня выглядят както приятнее, чем всеобщее оптимистическое построение советского образца. За этими картинами есть и прошлое, и приметы реального будущего. В советской фотографии прошлого нет, а мечта о грядущем прекрасном мире предстает ложью - несмотря на искренность участников событий и вопреки убежденности авторов фотосвидетельств.
И если невозможно жить вне какой-либо из форм пропаганды, то пусть это лучше будет пропаганда мечты, чем мечта пропаганды.