Олигархи на крючке

Достаточно распространенной стала и версия, по которой попытку Московской прокуратуры оспорить приватизацию "Норильского никеля" инициировали владельцы Новолипецкого металлургического комбината, которые сейчас на ножах с хозяином "Норникеля" Владимиром Потаниным. Акционерам НЛМК (ООО "Румелко") на прошлой неделе пришлось даже сделать по этому поводу заявление: "Мы не имеем никакого отношения к вышеупомянутым событиям, их не инициировали и не намереваемся инициировать в дальнейшем".

Судебно-бухгалтерская экспертиза показала, что еще два участника (в том числе и победитель) не могли претендовать на "Норникель" по той же причине. Однако их, в отличие от конкурента, без проблем допустили к аукциону.

Участившиеся в последнее время попытки пересмотра приватизационных сделок так и хочется связать с некоей новой государственной политикой борьбой разведчика Путина за "равноудаленность" олигархов. Но при ближайшем рассмотрении недавние "постприватизационные" скандалы оказываются чередой не связанных между собой хаотичных акций.

Никакой госполитики в происходящем нет хотя бы потому, что Минимущество, нынешнее руководство которого не несет ответственности, например, за залоговые аукционы 1995 г., сейчас активно ищет возможность оградить бизнес от копания в его недавнем прошлом. Об отсутствии у властей какоголибо "антиолигархического" плана говорит и тот факт, что дела о пересмотре сделок с госсобственностью практически не доходят до суда.

Как сказал недавно "Ведомостям" министр имущественных отношений Фарит Газизуллин, уголовные дела по приватизационным сделкам - а таких дел "немало" инициируют в основном конкуренты приватизированных компаний, миноритарные акционеры или даже недовольные члены трудового коллектива. "Но мы, государство, инициировать такие дела не будем, - заверил Газизуллин, - хотя нас иногда к этому подталкивают". Кто именно подталкивает, он уточнять не стал.

Кому это выгодно? Именно с происками недругов в бизнес-сообществе аналитики связали, например, недавние выемки документов в дочерних предприятиях Тюменской нефтяной компании в Нижневартовске. По их мнению, визиты людей в масках мог инициировать президент компании "Славнефть" Михаил Гуцериев, который объявил войну тюменцам. Руководство "Славнефти", естественно, отрицает свою причастность. Вице-президент компании Андрей Шторх со смехом говорил недавно "Ведомостям" о попытках конкурентов "демонизировать" Гуцериева.

Путину нет нужды делать подобные заявления. Истории с ТНК и "Норникелем" настолько разнятся, что едва ли у них мог быть один организатор или "заказчик".

Хаос "По всем крупным приватизационным сделкам РФФИ межведомственная комиссия с участием правоохранительных органов уже давно дала положительные заключения, - сказал "Ведомостям" глава Российского фонда федерального имущества Владимир Малин. - В том числе и по продаже в 1997 г. на инвестиционном конкурсе 40% акций ТНК". Однако разные части российской правоохранительной системы либо не знают об этом, либо имеют свои причины действовать самостоятельно.

После обысков в Нижневартовске ГУБОП МВД РФ сообщил, что они прошли в рамках возбужденного Генпрокуратурой уголовного дела о нарушениях при приватизации ТНК в 1997 г. Дело это "Ведомостям" обнаружить так и не удалось. В пресс-службе Генпрокуратуры сказали, что такого уголовного дела в производстве нет. В постановлении же о выемке документов, которая производилась сотрудниками РУБОП, указано уголовное дело в отношении совсем других сделок 1997 г., никак не связанных с приватизацией ТНК.

Пресс-секретарь ГУБОП МВД Олег Ельников утверждает, что сообщение этого ведомства основывалось на информации из Уральского УБОП, который проводил обыски. Предоставить эту информацию он отказался, сославшись на ее секретность.

В Уральском УБОП от комментариев отказались, а в следственном комитете МВД говорят, что ни центральный аппарат, ни региональные подразделения подобного дела в отношении ТНК не ведут. А ТНК тем временем требует, чтобы ей вернули изъятые бухгалтерские документы за 1999 - 2000 гг.

(напомним, следствие ведется в отношении сделки трехлетней давности).

В деле "Норильского никеля" хотя бы нет такой несогласованности между разными правоохранительными структурами. Оно выросло из прекращенного в прошлом году по амнистии "дела Альфреда Коха". В исковом заявлении Московской прокуратуры говорится о "преступном сговоре" Потанина и Коха, руководившего в 1995 г. Госкомимуществом.

Кох, возглавляя комиссию по проведению залоговых аукционов, якобы помог Потанину получить акции "Норникеля".

К такому выводу прокуроры пришли после анализа протокола залогового аукциона.

Единственный претендент из четырех, не связанный с ОНЭКСИМбанком и банком "МФК", не был допущен к конкурсу из-за того, что его банковская гарантия не соответствовала требованиям инструкции ЦБ N1.

Несмотря на столь серьезные обвинения, суд не принял иск московских прокуроров.

По формальным причинам. Позиция суда вполне понятна: все предыдущие дела подобного рода решались в пользу новых собственников приватизированных компаний.

Скромные достижения "Законность залоговых аукционов многократно оспаривалась в суде, и они были признаны законными", - говорит Малин. Его предшественник на посту главы РФФИ руководитель аппарата правительства Игорь Шувалов рассказывает, что, пока он возглавлял фонд, ни одно дело о нарушениях в процессе приватизации не было доведено до суда, за исключением дел по поводу инвестиционных конкурсов.

В основном эти случаи связаны с продажами госпакетов акций, прошедшими до конца 1997 г.: тогда из-за недоработок в законодательстве победитель инвестконкурса сразу же становился собственником акций и мог их перепродать "добросовестному" приобретателю, не выполнив инвестиционную программу (на которую обычно приходилась основная часть стоимости покупки). В подобных случаях РФФИ пытается истребовать акции обратно в госсобственность, привлекая к этому правоохранительные органы. "В самом крупном из этих дел, связанном с "Череповецким "Азотом", наличие уголовного дела помогло нам вернуть пакет акций, потому что на реестр был наложен арест", - рассказывает Малин.

И все же, по его словам, из 33 расторгнутых приватизационных сделок вернуть акции в госсобственность удалось только в 21 случае. В том числе и из-за действий прокуратуры. "Мы отсудили у МЕНАТЕПа пакет акций Волжского трубного завода, и была реальная возможность вернуть его государству, - рассказывает Малин. - Но один из замов генпрокурора почему-то принес протест в Высший арбитражный суд".

Поставить точку Министр имущественных отношений Фарит Газизуллин считает, что "воскрешение" старых приватизационных дел пора прекратить. "Так же крупной компании невозможно работать! - говорит он. - Я считаю, что необходима не только налоговая, но и приватизационная амнистия".

Эта идея нашла отклик и в предпринимательской среде: ее горячо поддерживает, например, глава "ЮКОСа" Михаил Ходорковский. Хотя он заявил "Ведомостям", что по поводу приватизации "ЮКОСа" и Восточной нефтяной компании уголовных дел нет, приватизационная амнистия нужна и Ходорковскому. "У нас такое законодательство, что оспорить можно все, что угодно: можно в суде доказать, что страна незаконно создана", считает бизнесмен. По его мнению, приход к власти нового президента - это хороший момент, чтобы "поставить точку в этом вопросе". И дальше спокойно работать.

Но каким способом можно зафиксировать сегодняшнее распределение собственности, похоже, не знает никто. "В нашей стране достаточно политического решения президента, - считает Ходорковский, а еще лучше, если президент объявит об этом на всю страну".

Правда, и Путин, и премьер-министр Михаил Касьянов уже заявляли, что масштабного пересмотра приватизации не будет, если она проводилась "в рамках закона".

А вот с этим как раз и возникают проблемы.

В качестве одного из вариантов их решения замминистра Сергей Моложавый на прошлой неделе назвал уменьшение срока приобретательной давности по приватизационным сделкам с 10 до 3 - 5 лет. По истечении этого срока отспорить имущество у владельца (как бы он его ни приобрел) будет уже нельзя, и олигархи наконец-то смогут спать спокойно.

Но прежде, по мнению юристов Минимущества, для этого потребуется изменить Гражданский кодекс. Это не удастся сделать быстро без политической воли всех ветвей власти. А ее, судя по всему, нет. "Сегодняшнее положение выгодно и чиновникам, и конкурентам компаний, и самой прокуратуре, - сказал "Ведомостям" один высокопоставленный правительственный чиновник. - Не секрет, что ее [прокуратуру]можно использовать в разных целях".