Шерше ле смысл
Лента режиссера Тони Маршалла "Салон красоты "Венера" получила четыре "Сезара" - четыре главные французские кинопремии, в том числе и в номинации "лучший фильм". Только не примите это за совет срочно запасаться билетами. В рамках "Проекта-35" в кинотеатре "35 мм" других фильмов и не показывают - каждый может похвастаться гроздью призов, собранных на не самых заметных фестивалях, и пучком наград, оторванных там и тут, по случаю. Только вот никакой связи между качеством картин и количеством их наград найти не удается. Все-таки загадочная вещь этот арт-хаус.
Арт-хаус, который в "35 мм" построил Сэм Клебанов, открывался очень пышно. Нам сумели показать и недавнюю сенсацию Каннского фестиваля - "Табу" Нагиса Ошимы, ранний шедевр братьев Коэн "Просто кровь" и энергичный дебют Копполы-младшей "Девственницы-самоубийцы". "Салон красоты "Венера", несмотря на его "Сезары", в этот ряд встраивается с трудом.
Все, что будет происходить на экране, можно было предсказать, просто вчитавшись в томный пресс-релиз. Натали Бай будет пошевеливать трудовыми морщинами и глядеть в камеру взором раненой газели. Точно такой же трюк она проделывала в фильмах Годара и Блие. Режиссер постарается целеустремленно фиксировать наше внимание на розовом колорите салона красоты - в мире авторского кино принято холить и лелеять "картинку", доводя видеоряд до полной стерильности. Герои с тонкостью, не поддающейся описанию, будут вести разговоры о свойствах страсти. Романчик героини Бай осложнится любовным треугольником, но так как жанр фильма - "ироническая мелодрама", то сия геометрическая задача разрешится благополучно. Мужчина найдет женщину, женщина поверит в любовь.
Все, однако, не просто так, все на подтекстах. Тони Маршалл изнемогает от сознания собственной интеллигентности. Казалось бы, ну что особенного: клиентура косметического салона флиртует с труженицами парфюмерного фронта. Жгучий брюнет, с первого взгляда влюбившийся в Натали Бай, сверлит взором стеклянную дверь. Его бывшая невеста караулит его с пистолетом. Загадочный господин со шрамом медленно соблазняет юную маникюршу (Одри Тоту, признанная "надеждой французского кино"). Интрига слабо взбрыкивает - подозрительный субъект заманивает красотку в свое уединенное шато, но тут же успокаивается, устыдившись, и встреча разрешается не убийством, а гуманным сексом. Это очень французское кино - во Франции с большим успехом, чем где-либо, можно с многозначительным видом снимать про то, как ничего не происходит. Впрочем, авторское кино страдает той же болезнью на всех широтах. Главный ее симптом - это мания величия режиссера. Зритель на таких фильмах просто прозябает. Его не стремятся заинтересовать или рассмешить. Ему втолковывают очевидные вещи и заставляют любоваться кадрами с рюшечками. Бедный зритель ожесточенно хмурит лоб и тщетно ищет смысл туманных бесед, лирических крупных планов и философских вздохов на скамейке.
А "Сезары"? А что "Сезары"! Мы же регулярно выдвигаем на "Нику" то "Ермака", то "Русский бунт", то "Любить по-русски" во всех трех его вариантах.