ЦИТАТА НЕДЕЛИ
"Все прекрасно понимают, что чеченцы знают русский язык, который является основным для этой территории, и создавать такую специально национальную автономию в радиоэфире, конечно, неправильно. Это небольшой, но вызов. Зачем? Абсолютно непонятно".
Министр по делам печати и СМИ Михаил Лесин о решении радиостанции "Свобода" начать вещание на ряде языков народов Северного Кавказа (в изложении "Интерфакса") Абсолютно непонятно, как далеко может зайти Михаил Юрьевич Лесин в заботах об информационной безопасности России.
Оказывается, на радиовещание распространяются те же принципы, что и на федеральное устройство страны, и передачи на родном для небольшого народа языке в регионе его компактного расселения - это "национальная автономия в радиоэфире". Если исходить из этой логики, то издание в Москве газет на английском или немецком языке - уже не просто сепаратизм, а прямо-таки неприкрытая агрессия. А, например, вещание на темы, интересующие только женщин, - сексизм. Ведь женщины в принципе способны понять, что волнует мужчин, и передач о политике, спорте и информационной безопасности им должно быть достаточно.
Но вернемся к национальной автономии, которая пригрезилась министру в эфире. Вне эфира эта национальная автономия, заметим, уже существует, и, насколько известно, никто не собирается ее отменять. Мало того, "Свобода" уже много лет вещает на Северный Кавказ. Именно поэтому, когда в Чечне исчез журналист радиостанции Андрей Бабицкий, местное население прекрасно знало, о ком идет речь. Но почему-то Лесину кажется, что если чеченцы смогут получать ту же информацию на чеченском, а, скажем, лакцы - на лакском, то это "серьезная редакционная ошибка".
А что можно сделать, чтобы Лесин был спокоен за информационную целостность страны? Чтобы в передачах на незнакомом ему языке министру не слышался необъяснимый "вызов"? Может быть, заставить чеченцев забыть родной язык - тогда можно разрешить вещать на чеченском хоть Усаме бен Ладену. Можно, напротив, нанять чеченских (а также осетинских, черкесских и других) переводчиков в государственные СМИ и заполонить идеями территориальной целостности весь местный эфир. Можно запретить радио "Свобода" вещание в России, хотя этот способ больших результатов не принес бы - ведь над короткими волнами Министерство по делам печати и СМИ не властно, а "глушилки" уже давно используются другими передатчиками.
Наконец, можно объяснить Лесину, что никакая национальная автономия в эфире не создается - это вообще собственное изобретение министра. А радио "Свобода" просто начинает вещание еще на нескольких языках, и это вполне естественно для станции, вещающей в основном за пределами страны, в которой она располагается. Точно так же, как для представителей национальных меньшинств - например, для русскоязычного населения Днепропетровска - естественно желание получать информацию на родном языке.