Пластилин колец
Русская прокатная шапка "Подземелье драконов" - переводческий брак. В оригинале фильм называется "Подземелья и драконы". "Война и мир" и "Война миров" - чувствуете разницу? Впрочем, в случае данного целлулоида брак переводчика - штука вполне извинительная. Как эту яхту ни назови, она все одно не поплывет.
В основе сценария "Подземелья драконов" - популярная ролевая игра про магов и эльфов, уродов и людей, сочиненная лет тридцать тому в Северо-Американских Штатах. По фабуле игра эта - этакий модерн Толкин: с детально проработанной мифологией, кучей параллельных линий, массой непроизносимых имен и проч. В фильме всего этого нет за, так сказать, кинематографической ненадобностью. Имеется некое срединное пространство под названием "королевство Измер". В Измере том наблюдается полнейший разброд и шатания. Налицо двоевластие: 1) есть младая королевна Савина (ее играет Тора Берч, та самая барышня, что мечтала о силиконовых импликантах в "Американской красоте"), желающая либеральных перемен и общечеловеческих ценностей для черни, 2) но есть и синклит магов, во главе коего злой Порфион (им прикидывается отличный актер Джереми Айронс, которому вполне по силам роль обаятельного злодея, но в этом фильме он почему-то лишь отбывает роль). Совет этот с подачи Порфиона либерализму желает сказать твердое "нет", грезя о твердой руке и вообще государственности. Да вот незадача - у королевны в рукаве припрятана магическая кочерга, которая позволяет управлять племенем золотых Змеев Горынычей. Тут же, впрочем, обнаруживается некий полуистлевший фолиант, где витиеватым палимпсестом прописано, что где-то там хранится всеми позабытая кочерга, которой можно привести в действие красных Змеев Горынычей, еще более огнедышащих, чем золотые. Эта самая кочерга и становится двигателем сюжета. Ее ищут наймиты магов, королевские эльфы и два веселых воришки Ридли и Снейлс, случайным образом попавшие в красное колесо войны спецслужб. На пути к искомому их ожидает главная проблема - бюджет фильма. Продюсеры сделали все возможное: доверили дело режиссеру-дебютанту (Кортни Соломон - искренний поклонник игры в "П и Д"), не приглашали гонораристых звезд, снимали в Чехии, лепили дракошей, как пластилиновых ворон на студии "Пилот", - и все равно тридцать шесть миллионов американских долларов оказалось чертовски мало. За такие деньги не знатную ролевую игру экранизировать надо, а, скажем, преферанс, "козла" или там "пьяницу".
Во всей полуторачасовой ленте можно наскрести разве что два стоящих эпизода: когда талантливый мистер Ридли проходит сквозь жернова смертельного лабиринта, чтобы добыть рубиновый глаз дракона, который открывает некую дверь; финальная битва красных и золотых драконов, похожая одновременно на расстрел Белого дома в интерпретации CNN и на жабий дождь в конце "Магнолии". Не исключено, правда, что фильм делался отнюдь не с целью развлечь почтенную публику, а, наоборот, донести до нее одну вполне себе глобалистскую мысль средствами, что называется, безыскусности. Мысль эта такова: если для торжества общечеловеческих ценностей нужно, чтобы население страны N перестало населять страну N, - let it be.