Без икры?
То, чем пугали гурманов на протяжении нескольких лет, наконец свершилось: Россия объявила о прекращении с 20 июля коммерческого вылова осетровых рыб. Белуги, осетра и стерляди осталось так мало, что наша страна рискует навсегда лишиться одного из своих символов - черной икры.
Структура ООН - постоянный комитет по соблюдению за Конвенцией по международной торговле исчезающими видами (CITES) - грозила вообще запретить России экспорт икры из-за того, что она не принимает мер по борьбе с браконьерами, но в прошлом месяце смягчила свою позицию. России (а вместе с ней Азербайджану и Казахстану) было предписано распродать икру, добытую в весеннюю путину, и прекратить лов, направив все усилия на борьбу с браконьерами. По результатам этой борьбы CITES примет решение о квотах для России на 2002 г. - последние несколько лет они неуклонно уменьшаются, но Россия не в состоянии выбрать и их.
И вот наша страна прислушалась к мнению международной организации: официальный лов запрещен. Но, сказав "А", наше правительство не решилось произнести "Б": монополия на производство и экспорт черной икры, на чем настаивали многие специалисты, вводиться не будет. А рекомендовать запрет на вылов без введения монополии на экспорт - все равно что советовать есть черную икру с репчатым луком: только вводить людей в заблуждение. Всем прекрасно известно, что основной объем вылова осетровых давно уже приходится на браконьеров - они добывают в 10 - 12 раз больше легальных хозяйств, примерно на $100 млн. И вот теперь законопослушные рыбаки прекратят ловлю. Браконьеры, естественно, нет. Значит, появившиеся в последние годы в числе икорных экспортеров Турция и Саудовская Аравия сохранят (а может, и увеличат) свою долю на рынке. Российское же присутствие, очевидно, будет уменьшаться и дальше.
А новому лидеру на этом рынке - Ирану - никто и не предлагал заморозить лов. Эта страна может и дальше добывать в открытом море осетровых, выросших в российской части Каспия, а CITES не в чем ее упрекнуть. В этой стране и так действует госмонополия, а редким смельчакам, отважившимся самостоятельно заготовить икру, отрубают руки и даже головы. Поэтому иранский монополист Shilat с оптимизмом смотрит в будущее, хотя иранцам и не понять, ради чего весь мир платит такие деньги: правоверным есть икру нельзя. Перед нами стоит более сложный выбор.
Как потребители мы можем только радоваться половинчатому решению правительства. Значит, на московских рынках по-прежнему можно будет купить килограмм черной икры за $100 и поражать парижских знакомых, которым Petrоssian продает ее по $2700.
Но хочется угощать икрой не только парижан, но и своих детей и внуков. А на них икры уже может не хватить. Чтобы осетра не постигла участь морской коровы, нужна госмонополия и запрет на вылов, который почувствуют и браконьеры.