ЦИФРА НЕДЕЛИ: 3. Неюбилейное
В том, что Александр Волошин три года назад стал главой ельцинской администрации, 50% случайности и 50% закономерности. По свидетельству Дмитрия Якушкина, пресс-секретаря экс-президента Ельцина, в день назначения Волошин испытывал сильное напряжение. Так высоко он не рвался. Слепленный из другого теста, чем "родовые" бюрократы, он и стихийному Ельцину не был органически близок. Конечно, старому "царю" нравился интеллигент и трудоголик, способный в любое время дать толковый совет. Но решающую роль все же сыграл полный паралич в деятельности администрации президента при отставном пограничнике Николае Бордюже. Дума бузила, на губернаторов не было управы, а скандал с кассетой о плотских утехах человека, похожего на генпрокурора, сделал из кремлевского аппарата посмешище. Возникла настоятельная необходимость подвести черту под десятилетием бури и натиска. По словам политтехнолога Глеба Павловского, заслуга Волошина в том, что он стал посредником между ельцинской элитой и путинским десантом. Сшив коалицию, кремлевский администратор помог России мирно вступить на путь стабилизации. За прошедшие годы АП превратилась в плотно подогнанный механизм, серьезно влияющий на все процессы госуправления. Закрутилась экономика, выстраивается вертикаль власти, переосмысливается внешнеполитическая стратегия. Далеко не все сгенерировал сам Волошин. Так, раздел России на федеральные округа явно "слизали" у Жириновского. При этом аппараты полпредов замкнули на АП, и на их эффективность здесь смотрят со своей колокольни. Можно спорить, стоило ли в России обзаводиться еще одной бюрократической структурой, но очевидно, что в системе округов властные импульсы четче доходят до окраин. Наверное, не все идеально в организации бюджетного федерализма: регионы волевым порядком лишили части финансов, а унитарных элементов больше. Но ведь и возможностей сорить казенными деньгами у губернаторов явно убавилось. Анатолий Чубайс, знающий о том, каково рулить администрацией президента, высоко отзывается о качестве менеджмента нынешней АП. Но делаем при этом многозначительную оговорку - если рассматривать менеджмент с точки зрения интересов государства. Взявшись за гуж, Волошин не мог не драться за укрепление государства всеми доступными средствами. Но сегодня никто не скажет наверняка, чем закончится это укрепление для судебной системы, бизнеса, свободы слова. У России такая генетика, что из хороших деталей нередко получается "автомат Калашникова". Да и не всесилен Волошин. Судя по степени успешности назначений в руководство "Газпрома" и Совет Федерации, кадровая политика уплывает из его рук. Хорошо еще, что сторонников сильной руки Путин не подпускает к экономике. Парадокс Волошина в том, что, не будучи по природе чиновником, он работал на утверждение бюрократической системы. Но, утверждая ее, он одновременно пытался смягчить ее уродливые и наиболее опасные для общества проявления. Такие противоречия редко разрешаются мирно. Система не щадит своих отцов.
Александр Беккер