Олег Сараев, президент концерна "Росэнергоатом"
С нами государство решит проблемы без рынка.
Десять атомных электростанций, входящих в концерн "Росэнергоатом", производят около 15% всей российской электроэнергии. До недавнего времени, впрочем, сам концерн едва контролировал деятельность АЭС - все они были самостоятельными ГУПами. Но с марта станции стали преобразовываться в филиалы "Росэнергоатома", и теперь концерн намерен консолидировать свой контроль не только над АЭС, но и над их строителями. Правда, в ответ "Росэнергоатом" получил целую лавину претензий со стороны кредиторов АЭС.
Впрочем, консолидация атомной энергетики - не единственная забота Олега Сараева, назначенного президентом концерна в феврале. После того как генерирующие мощности РАО ЕЭС будут раздроблены между 10 оптовыми генерирующими компаниями, "Росэнергоатом" станет крупнейшим производителем энергии в России. К тому времени Сараев надеется сделать концерн основным поставщиком энергии для государственных нужд.
- В какой стадии находится реорганизация "Росэнергоатома", передача имущества от отдельных АЭС к единой генерирующей компании? - Основное уже сделано: введен единый тариф концерна "Росэнергоатом". Это значит, что были интегрированы тарифы всех станций с учетом их доли выработки. Естественно, в этот период проходила передача имущества. Сейчас он практически завершен, однако еще не преодолены трудности с образованием обеспечивающих дочерних предприятий - допустим, "Атомэнергоремонт", "Атомэнергоналадка". По ним передаточные акты будут готовы в первую декаду июня. После этого мы получим окончательное согласование устава в Минимуществе и представим устав на регистрацию. Это состоится в июне.
- А каким образом изменится система выбора подрядчиков при строительстве и достройке новых энергоблоков? - К сожалению, мы столкнулись с очень большими трудностями, связанными с тем, что строители уже разучились строить большие объекты и что их нужно консолидировать. Сегодня учреждаются новые АО - организации по достройке энергоблоков отдельных АЭС. Существующие строительные компании объединяются. В этих новых акционерных обществах должен быть обеспечен контроль со стороны "Росэнергоатома" - за концерном закрепляется более 50% акций. Как правило, эти новые компании будут создаваться с согласия региональных администраций, и им при нужде будут передаваться блокирующие пакеты. Таким образом, "Росэнергоатом" решает по крайней мере две задачи: осуществляет общее финансовое руководство строительством и руководит кадрами. Так мы сейчас делаем на строительстве Ростовской АЭС-2. Делаем это на основе выбора подрядчика конкурсной комиссией. Что касается Калининской АЭС (на ней третий блок планируется запустить в 2003 г. - "Ведомости"), то там подрядная организация - "Севзапатомэнергострой" - в самом начале действительно была создана под контролем "Росэнергоатома". Но в силу сложных обстоятельств контроль концерна "Росэнергоатом" над ней исчез. Там была проведена специальная работа, в результате которой с согласия старого руководства концерна была проведена допэмиссия акций и концерн "Росэнергоатом" оказался в ситуации, при которой он дает этой организации средства на строительство, но не может эффективно контролировать их использование.
- Но "Росэнергоатом" выступает заказчиком. Разве этого недостаточно, чтобы контролировать ход работ? - Дело не в общем контроле, а в том, что в "Севзапатомэнергострое" ничего не строят из того, что можно было бы контролировать. А если будут строить, то очень дорого. У нас нет таких средств. Поэтому мы сейчас предпринимаем меры для того, чтобы восстановить контроль над этим АО.
- Вы планируете провести там допэмиссию в пользу "Росэнергоатома"? - Способ будет найден.
- А как к этому относится банк "Нефтяной", у которого контрольный пакет акций в "Севзапатомэнергострое"? - Банк "Нефтяной", надеюсь, понимает пользу от дальнейшего сотрудничества с концерном "Росэнергоатом" - он может заработать на этом значительные деньги. Зачем ему сегодня контролирующая доля в строительной организации, если эту долю нельзя будет реализовать именно здесь, на Калининской АЭС? - Несколько лет подряд АЭС и "Росэнергоатом" судились с Энергетической русской компанией (ЭРКО). Это, по сути, единственный негосударственный инвестор в атомной энергетике. Каковы сейчас взаимоотношения концерна и ЭРКО? - ЭРКО образовалась с целью частных инвестиций в атомную энергетику. Образовалась раньше, чем вышел закон об использовании атомной энергии, который не позволяет делать это. Но к тому времени на АЭС уже было оборудование, предоставленное в виде инвестиций. Получилось так, что на АЭС, которые должны быть федеральной собственностью и только таковой, находится частное оборудование. Естественно, использование имущества станций стало неправомерным. Такое положение дел надо было приводить в соответствие с законодательством. Речь, по сути, идет о национализации. Однако процедура эта законодательно нигде не прописана. В ее отсутствие приходится решать вопрос через судебные органы. Дела рассматривались в разных регионах (ЭРКО владеет собственностью на Смоленской, Калининской и Балаковской АЭС. - "Ведомости") и в разных инстанциях, суды принимали разные судебные решения. Это затрудняет отношения "Росэнергоатома" и ЭРКО. Например, решение по Смоленской АЭС в областном суде на основе мирового соглашения уже состоялось. Но оно не стало универсальным - в Тверской области были другие предыдущие судебные решения. Судебная тяжба продолжается не потому, что нужно с кого-то содрать больше или меньше, а потому, что и в Саратовской, и в Тверской областях должны быть приняты одинаковые решения.
- Каковы параметры мирового соглашения по Смоленской АЭС? - Мировое соглашение предусматривало выплату компенсаций, коль скоро имущество из частных рук переходит к государству, порядок выплаты компенсации и порядок ее использования. ЭРКО эти инвестиции вкладывает в развитие атомной энергетики, но уже с учетом сегодняшнего законодательства. То есть это вполне нормальное, удовлетворяющее нас решение. Вообще, я не понимаю, почему вас так интересует ситуация в ЭРКО. Мы уже давно перевалили пик напряженности в наших отношениях. Это стало неизбежным после принятия прошлогоднего правительственного решения о реорганизации концерна "Росэнергоатом", вследствие которого Балаковская, Калининская и Тверская АЭС потеряли самостоятельность в решении многих вопросов. Теперь решения рождаются в центральном офисе концерна, принять некоторые из них становится гораздо легче. Правда, это не всегда является компенсацией того плохого, что возникает при такой непривычно высокой централизации функций, но это другой вопрос.
- Что же такого очень плохого несет в себе централизация? - Есть некоторые вещи. Например, большая часть кредиторской задолженности, которая была раньше суммой долгов АЭС и непосредственно концерна "Росэнергоатом" в старом его образе, стала абсолютно ликвидной. Раньше оплата части этих долгов имела латентный характер: были "ленивые" кредиторы, часть долгов была так или иначе реструктурирована и т. д. А сейчас подрядчик говорит: нет у нас договоров, теперь они ничтожны, плати враз. Станция в ответ поднимает руки и говорит: у меня денег нет, - и показывает на концерн: вот он собирает деньги, "Росэнергоатом". Кредитор приходит сюда и требует свое. Например, к нам приходят с векселями с ненаступившими сроками погашения и говорят: платите. Мы не платим, а векселедержатели идут в суд. Суды принимают решения, в том числе и в их пользу. Мы инициируем правительственное решение по обращению с кредиторской задолженностью реорганизуемых предприятий энергетики. Мы бы, например, хотели, чтобы были зафиксированы условия погашения долгов, существовавшие на 7 сентября прошлого года.
- Насколько велика эта задолженность? - Болезненно значительная.
- Вы возглавляете концерн четыре месяца и уже, видимо, имеете свое представление о том, как будет развиваться "Росэнергоатом" в ближайшие годы? - Мы должны изыскать пути достройки тех объектов, которые находятся в состоянии высокой готовности. Мы должны изыскать средства для обеспечения работ по продлению ресурсов действующих блоков. Мы должны повысить коэффициент использования установленной мощности наших АЭС, он у нас низкий по сравнению с мировым уровнем. Это основные составляющие наших планов.
Теперь об инструментарии. Мы государственное предприятие, все наше имущество федеральное, мы не можем привлекать частные инвестиции, потому что есть закон, который не дает этого делать, мы, наконец, не можем что-то акционировать. Поэтому, раз мы государственное предприятие, мы должны наладить с государством более тесный контакт, а именно исполнять государственные нужды. Тем более что мы можем сделать это дешевле, чем это делается на рынке. Почему государство не может использовать свои родные казенные средства для того, чтобы решить свои проблемы без рынка? Сегодня "Росэнергоатом" производит всего 15% электроэнергии, мы не являемся доминирующим производителем. Из-за 15% рынок не поколеблется, он может свободно развиваться, а государство будет иметь постоянный гарантированный источник электроэнергии без того, чтобы отключались воинские части.
- Но их отключают из-за того, что они не платят. И если "Росэнергоатом" сосредоточится на обслуживании государственных нужд, он получит в основном неплатежеспособных клиентов.
- Это не так. Во-первых, есть хорошая динамика оплаты. Мы еще недавно получали 8% деньгами, а сейчас получаем 94%. С другой стороны, не может быть будущего у государства, если оно не будет платить по своим обязательствам. И мы уверены, что государство будет платить по своим обязательствам. Поэтому мы хотели бы работать под его крылом, частью продукции уйти с рынка и обслуживать государственную сферу. У нас большие интересы в тех регионах, где расположены АЭС. Мы там хотели бы получить доступ к мелкооптовым потребителям через сети низкого напряжения. Возможно, в некоторых случаях будут оправданны вложения в сетевое хозяйство.
- В прошлом году "Росэнергоатом" неоднократно пытался самостоятельно экспортировать электроэнергию. У концерна были по этому поводу конфликты с РАО. В каком состоянии находятся экспортные программы "Росэнергоатома" сейчас? - Есть проект постановления правительства об упорядочении экспорта электроэнергии. В нем РАО ЕЭС и "Росэнергоатому" поручено обеспечить экспортную деятельность через какого-то общего оператора. Мы сейчас готовим соглашение с РАО "ЕЭС России", и оно близко к завершению. Этот оператор нами будет учрежден. Квоты на поставку электроэнергии предполагается распределять пропорционально участию в рынке (имеется в виду ФОРЭМ. - "Ведомости").
- После того как Конверсбанк перестал быть опорным банком отрасли, у "Росэнергоатома" появился какой-то новый базовый банк? - У нас на сегодняшний день не существует концепции опорного банка. Есть 15 банков, через которые мы проводим разные операции. Основное требование к ним - скорейшее прохождение денежных средств в то место, куда их предназначают, и кредитование на выгодных для нас условиях.
- А по кредитному портфелю? Есть банки, на которые приходятся явно большие объемы выданных "Росэнергоатому" кредитов? - Есть, это банк "Нефтяной". Но это не следствие сегодняшней политики. Просто эти процессы очень инерционны.
- А слухи о том, что таким банком стал СВА-банк, действительности не соответствуют? - На сегодняшний день эти слухи беспочвенны. Основания для того, чтобы сделать его базовым банком, еще не созрели.
Биография.
Родился в 1940 г. в с. Яминское Бийского района Алтайского края.
В 1965 г. закончил Томский политехнический институт, а затем всю жизнь проработал на Белоярской АЭС, где прошел путь от техника блочного щита управления до директора (с 1986 г.). В феврале 2002 г. назначен президентом концерна "Росэнергоатом".
О компании.
Государственное предприятие "Российский государственный концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях" (концерн "Росэнергоатом") управляет всеми 10 атомными станциями России. Их общая установленная мощность составляет 22 242 МВт. Выручка АЭС и концерна "Росэнергоатом" в прошлом году составила около 37,5 млрд руб. Прибыль до налогообложения - около 2 млрд руб.