ИРАК: Ход за Путиным
Если сегодня какому-нибудь российскому чиновнику задать вопрос о перспективах войны в Ираке, он напустит на себя невероятно важный вид, как будто ему известен великий геополитический секрет, которым он готов поделиться только с самыми близкими друзьями.
Российско-американские отношения обрели новую динамику: свидетельство тому - ужесточение риторики в отношении Хусейна со стороны президента Путина и решение Вашингтона включить некоторые чеченские группировки в список международных террористических организаций. Путин знает, что Россия вопреки обывательскому мнению, быть может, больше, чем какая-либо другая страна, выиграет в результате возглавляемой США войны с терроризмом и смены иракского режима. Такова ирония судьбы: сегодня Франция взяла на себя роль, традиционную для России - страны, на которую теперь, наоборот, главным образом и надеется Вашингтон как на посредника в переговорах в ООН.
Ситуация усугубилась к конце минувшей недели, когда журнал Der Spiegel обнародовал информацию о новой франко-германской инициативе по урегулированию иракского кризиса, включающей "вторжение" сил ООН с целью принудить режим Хусейна к разоружению. Эта идея - скорее пробный шар, чем продуманный план, и даже представители французской стороны далеки от безоговорочного ее принятия. Одновременно французы посылают в регион конфликта авианосец, но этот факт не может смягчить удара, каковым является для Вашингтона их неожиданная дипломатическая эскапада. Вся эта ситуация только осложняет жизнь президенту Бушу, отчаянно пытающемуся бороться со скептицизмом зарубежных союзников и собственных сограждан в преддверии нового отчета, который ему готовятся преподнести в День святого Валентина инспектора ООН.
Путину удалось занять в сложившейся ситуации очень удобную позицию: с одной стороны, Россия может получить большую выгоду от иракской войны, с другой - участвуя в нынешней политической перепалке, российский президент практически ничем не рискует. Путин (который сегодня в отличие от французского и германского лидеров пользуется доверием президента Буша) только что посетил Францию и Германию, и этот визит ознаменовал одно из самых впечатляющих изменений в стратегическом раскладе сил в мире за весь период после 11 сентября.
Принятое в нужный момент решение США внести некоторые чеченские группировки в официальный список международных террористических организаций - еще одно свидетельство того, что Америка готова к сделке с Россией в обмен на поддержку войны в Ираке. В свою очередь, Путин тоже сменил тон: выступая недавно в Киеве, он производил впечатление лидера, подготавливающего общественное мнение своей страны к войне. Подчеркнув, как обычно, что возможности дипломатии еще не исчерпаны, Путин, однако, добавил: "Если Ирак будет оказывать противодействие инспекциям и создавать помехи инспекторам, то я не исключаю, что Россия может изменить свою позицию. И мы намерены работать с другими членами Совета Безопасности, включая Соединенные Штаты, над поиском иных... более жестких решений".
Если Путин в конце концов примет сторону Буша, Россия с гораздо большей вероятностью может рассчитывать на возврат $9 млрд иракского долга. Как утверждают осведомленные источники, американцы уже шепотом пообещали Путину, что российские компании сохранят и преумножат возможности разработки иракских нефтяных месторождений. Есть мнение, что увеличение иракской нефтедобычи ударит по ценам и, значит, и по интересам России, но это произойдет только спустя годы. Подготовка к войне и сама война обогатят Москву в краткосрочной перспективе, поскольку нефтяные цены поползут вверх, и в долгосрочной перспективе - поскольку российские нефтяные компании усилят свои позиции, получив доступ к вторым в мире запасам нефти.
На вопрос, что будет делать Россия, если ей придется выбирать между Францией и США, один из высших кремлевских чиновников раздраженно ответил: "Что Франция может дать нам - икры или, может быть, шампанского? " Зато американцы, добавил он, уже помогли России ликвидировать угрозу, исходившую от талибского режима, с которой она никогда не справилась бы в одиночку. И именно с помощью американцев, а никак не французов, по его словам, можно справиться с ядерной угрозой со стороны Северной Кореи.
Россия также приветствовала озвученное на прошлой неделе госсекретарем США Колином Пауэллом решение по поводу члена "Аль-Каиды" Абу Муссаба аль-Заркави, который, "скрываясь в Ираке, руководит террористической сетью, угрожающей России с территории Чечни и Панкисского ущелья в Грузии". "Его связь [с чеченскими террористами] - отнюдь не пустые разговоры, - заявил Пауэлл. - Члены группировки Заркави признались, что планировали применить против россиян отравляющие вещества".
Некоторые считают, что укрепляющийся российско-американский альянс основан прежде всего на теплых личных отношениях Путина с Бушем. Однако нынешний расцвет этого партнерства скорее можно объяснить в терминах реальной политики. В этом смысле одним из наиболее любопытных исторических поворотов является превращение России, с ее новыми интересами и возможностями, из врага номер один, каковым она была для США большую часть прошлого столетия, в американского партнера. Это превращение произошло естественным образом перед лицом угрозы терроризма и распространения оружия массового уничтожения, которую принес с собой XXI век. Пока что Путину удается на переговорах успешно балансировать между англо-американским альянсом с одной стороны, и франко-германским - с другой. Однако долго оставаться в такой позиции он не сможет: Буш ожидает от своего нового друга открытой поддержки в самое ближайшее время. Если представить себе Ирак в виде большой шахматной доски, то сейчас ход за Путиным. (WSJ, 10. 02. 2003, перевела Наталия Кун).
Автор - главный редактор The Wall Street Journal Europe