Депутаты Балтики
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ - В Санкт-Петербурге прошли первые конкурсные показы фестиваля "Золотая маска". Сыграв на своем поле, театральная сборная города на Неве показала пусть не чемпионские, но достойные работы в разделах "Новация" и "Драматический спектакль малой формы".
Судак по-хазарски.
Представленный в конкурсе "Новация" спектакль Lexicon петербургского театра "Особняк" проще всего описать как "Хазарский словарь", пересказанный Евгением Гришковцом: к публике выходит человек в мешковатых штанах и начинает объяснять, что были такие хазары, была у них секта ловцов снов... читали? нет? Подробности помните?.. Ну ладно, в общем, дело было так... А вот еще был случай... И т. д. в том же духе - книжку Павича, как известно, можно читать с любого места.
Разумеется, актер Дмитрий Поднозов помнит, чья это манера, и охотно поясняет, что он пока один, потому что остальные артисты ушли послушать, как Гришковец рассказывает про дредноуты, но потом они подойдут и мы продолжим. В театре "Особняк" вообще культивируют такую расслабленную домашнюю атмосферу: предлагают, например, порадоваться, что в окна вставили новые стеклопакеты. И добиваются должного эффекта: Lexicon - уютный спектакль, по крайней мере до антракта, после которого режиссер Алексей Слюсарчук и его актеры берутся за дело более основательно и разыгрывают отрывки из другого романа Павича - "Пейзажа, нарисованного чаем", давая понять, что вычитали в нем вещи нешуточные - о жизни, смерти и любви.
Еще хороша в этом спектакле актриса, говорящая по-хазарски (т. е., конечно, по-сербски) без всякого словаря.
Есть свое обаяние и в том, что спектакль длится ровно столько, сколько актер Дмитрий Поднозов готовит на мангале судака. В финале трех зрителей приглашают за стол. Судак, говорят, отменный.
На днях Lexicon должны были показать в московской программе "Золотой маски", но в ночь на 31 марта в театре "Особняк" произошел пожар, уничтоживший все декорации спектакля. Теперь, как сообщает сайт театра, сроки возобновления постановки под вопросом.
Занимательная Греция.
"Эдип-царь" в Театре на Литейном начинается с пантомимы, в которой три актера под бодрое эстрадное "лала-лала-ла" по-быстрому показывают сюжет Софокла. Собственно, эта легкость - главное достоинство дебютного спектакля Андрея Прикотенко. Его "Эдип" построен на простом, но эффективном приеме: начать почти что с клоунады и постепенно обнаружить, что и она в конце концов подчиняется логике трагедии, сколько ни иронизируй по поводу избитых символов и знаков вроде коринфской колонны, которую тащит за собой на сцену вестник - разумеется, из Коринфа.
Условность этой Древней Греции отыграна в сценографии Эмиля Капелюша: ярко-желтый песок и густо висящие над сценой массивные камни. Безусловность трагедии - в ролях Игоря Ботвина (Эдип) и Ксении Раппопорт (Иокаста): играют они не всегда ровно, но им удается важная вещь - показать даже не страх, а удивление, с каким мы обнаруживаем, что жуткий механизм античного сюжета работает по-прежнему безупречно.
За клоунаду в "Эдипе" отвечает Тарас Бибич, играющий все остальные роли - от Креонта до прорицателя Тиресия, который гнусавит и хнычет, забравшись в диогенову бочку. Наконец, хор изображают все трое - то энергичным речитативом, то русскими распевами на несколько голосов.
"Самая древняя пьеса - самый современный спектакль", - самонадеянно обещает афиша Театра на Литейном. Но, может, так и надо: комплексов по отношению к маститым конкурентам этому "Эдипу" испытывать в общем-то ни к чему.
И немедленно выпил.
Строго говоря, "Дневник провинциала в Петербурге" - спектакль 1996 г., формально допущенный в конкурс на правах второй редакции. Тем не менее актер Алексей Девотченко - серьезнейший конкурент мощной московской сборной (Константин Райкин, Николай Фоменко, Андрей Панин, Александр Калягин etc.) в номинации "Лучшая мужская роль". "Дневник провинциала" - моноспектакль Девотченко, в котором режиссер Григорий Козлов деликатно отходит в строну и только довольно посмеивается в свои пышные усы, наблюдая, как идеально соответствует психофизика его любимого актера сатирическому тексту Салтыкова-Щедрина. Художник Александр Орлов уставил весь пол малой сцены ТЮЗа им. Брянцева разнокалиберными бутылками и склянками, буквально проиллюстрировав сюжет, состоящий из беспробудного пьянства. Девотченко, одетый в какое-то больничное исподнее, лавирует среди этой стеклотары, постепенно превращая салтыковского провинциального чиновника в подобие главного героя "Москвы - Петушков". Хотя это, конечно же, абсолютно петербургский персонаж: Девотченко одним только блеском глаз умеет объяснить лучше любого литературоведа, что такое, например, "Петербург Достоевского".
По словам актера, он хотел сыграть не сатиру, а трагическую историю "о крушении надежд, иллюзий и идеалов юности при столкновении с реальной, но до конца непостижимой петербургской жизнью". Однако и сатира никуда не делась, потому что одно из самых замечательных актерских качеств Алексея Девотченко - именно желчность и злость умного и наблюдательного человека. Ну а сыграть, как такой человек попадает в сумасшедший дом, - это актера Девотченко, кажется, хлебом не корми: беспроигрышная тема.