Мой мармеладный
"Одиночка" - поучительный боевик о мести и борьбе с незаконным оборотом наркотиков - является первой открытой попыткой предложить популярного в последнее время киноартиста Дизеля на замену постепенно уходящему в тень Шварценеггеру. Однако, несмотря на крайне занятную мимику, красивые глаза и изрядную мышечную массу, Дизель в этом качестве пока не тянет - прежде чем лезть в Шварценеггеры, ему определенно следует еще подрасти.
Решительный, но добрый оперативник управления по борьбе с наркотиками (Дизель) командируется в латиноамериканскую глубинку для участия в показательной международной акции по захвату главы колумбийского наркокартеля - бородатого мужчины преклонных лет, который никогда не ночует дважды в одном месте, но на свою беду слишком любит зажигательные танцы. Пока группа захвата весело дырявит стены танцевального заведения из различных видов оружия, наш герой замечает, как дрогнула дверь черного хода, бросается в погоню и весьма кстати успевает схватить наркобарона за шиворот - тот уже садится в такси, чтоб бежать в нем от правосудия.
Дизель получает благодарность с занесением в личное дело и внеочередной отпуск, но его замечательный подвиг, как выясняется, имеет неоднозначные последствия. Взятый им колумбиец оказался, как говорят в таких случаях специалисты, фигурой системообразующей. С его выходом из игры рушится система сдержек и противовесов, позволявшая почтенным колумбийским наркоторговцам жить в мире и согласии. Из ниоткуда вдруг выдвигается новая фигура - человек без лица по кличке Дьябло, чьи люди начинают целенаправленно выкашивать конкурирующие картели, полностью подминая под себя американский рынок тяжелых наркотиков.
Все бы ничего - Дизель вернулся бы из отпуска и разобрался. Но боевики Дьябло зачем-то приходят к нему домой, простреливают Дизелю бок, разбивают красивое большое окно, выходящее к морю, и убивают его жену. Жену не жалко - в первую очередь потому, что судьба ее была очевидна с самого начала. Безответные немногословные красавицы подобного рода особенно широко распространены были в кино на излете 80-х: такие рождаются на свет уже с маркесовским пепельным крестом на лбу и живут лишь затем, чтоб потом выйти за какого-нибудь профессионального борца со злом и трогательно стать невинной жертвой чересчур тщательного отношения мужа к работе. Но для Дизеля все эти обстоятельства, понятно, не являются утешением. Он решает мстить, для чего отращивает бороду и объединяет усилия с пойманным в начале и с тех пор сидящим в американской тюрьме системообразующим наркобароном, который к тому времени тоже лишился жены и, как следствие, несколько очеловечился.
"Одиночка" активно использует лучшие наработки антинаркотических боевиков последних лет (будь то Содербергов "Траффик" или же блистательный "Нарк" Джо Карнахана) и вместе с тем пытается реанимировать некогда любимый, но сейчас не вполне живой жанр эгоцентрического боевика. В таких картинах все - от сценариста до статиста - должны быть влюблены в исполнителя главной роли нешуточной, плотской любовью. Осветитель должен вожделеть каждую грань его лысой головы, дети - падать ниц перед ним, женщины - таять от его стройотрядовских шуточек, а вселенная - незаметно вносить коррективы в свои главные законы, чтобы парню было удобнее идти по земле. В самом по себе жанре ничего стыдного нет - подобное любование собой практиковали в свое время Бронсон, Иствуд, Костнер и иные не противные глазу люди. "Одиночка" смущает не жанром и не качеством исполнения, а исключительно выбором объекта для вожделения: Дизель по природе своей слишком мягок, сладок, складчат и несерьезен, чтоб вынести такую тяжесть и оправдать такую любовь.