Сладкие и гадкие
ВЫБОРГ - Одиннадцатый фестиваль российского кино в Выборге "Окно в Европу" радует кинематографистов вообще и критиков в частности изобилием премьер (их 10) , а публику - количеством картин (в конкурсе и вне его здесь показывают все сколько-нибудь значительные работы последнего года). Кроме того, нынешнее "Окно" уже обогатило киноведческую науку. Оказывается, фильмы бывают не просто хорошие или плохие, а еще и (если верить некоторым творцам) "светлые" (они же "зрительские"). И с этими "светлыми", признаться, большая беда.
При всей моей любви к "Бумеру" Петра Буслова не думаю все-таки, что он оказал столь сильное влияние на умы отечественных кинематографистов, что второй режиссер, представляющий зрителям Выборга свой фильм, считает нужным заявить перед сеансом, что его кино является некой антитезой зловещему Х: т. е. не содержит стрельбы, крови и ненормативной лексики. А потому направлено к вам, зрители!
Примерно так говорил в среду вечером известный и в прошлом весьма успешный советский режиссер Константин Худяков, представлявший картину "Другая женщина, другой мужчина" - о поздней, зрелой любви талантливого хирурга, недопонятого обществом и ушедшего было в сторожа (Игорь Костолевской) , и томящейся в золотой клетке жены нового русского (Вера Глаголева). Сквернословия и душегубства в картине действительно не наблюдается, тем страннее, что другие мужчина с женщиной напоминают не только все разом постсоветское лирическое кино (от "Женщин обижать не рекомендуется" до "Луной был полон сад") , но и триллер Романа Прыгунова про ученую-биолога и ее мужа-маньяка - эдакое "Одиночество крови" для тех, кому за 50.
Глубочайшее убеждение, что шик в кино - это новорусские интерьеры плюс тоска одинокой души, сближает маститого режиссера Худякова и дебютанта Прыгунова куда больше, чем хотелось бы им обоим. Сближает и то, что смотреть "Одиночество крови" и "Другую женщину" тоскливо до невозможности и главное - не очень понятно зачем.
Еще один образец "светлого", "зрительского" кино представил в Выборге режиссер Сергей Ломкин, снявший по мотивам знаменитой вампиловской пьесы свое "Прощание в июне". Со зрителями в Выборге Ломкину действительно повезло: его фильм стоял в программе сразу за "Бумером", в наследство от которого получил переполненный зал кинотеатра "Выборг-палас". Сразу одна за другой следовали и пресс-конференции режиссеров, и г-н Ломкин к немалому удивлению журналистов заявил, что он сейчас про "Бумер" все объяснит. Объяснил же он следующее: люди делятся на мух и пчел. Мухи садятся на всяческую заразу и разносят ее по миру, удел пчел - собирать мед. Буслов с его "Бумером" - типичная муха, г-н Ломкин с его светлой картиной - пчела-медоносица.
Проблема в том, что в известной степени мухой был, по всей видимости, и автор пьесы "Прощание в июне". Во всяком случае, все трагические вампиловские повороты и интонации в фильме отредактированы: кинематографическое "Прощание в июне" - сплошной мед, малосъедобного, впрочем, качества.
Мораль из всего этого вытекает самая что ни на есть простая: если пытаться делать настоящее кино (не обязательно "светлое" или "зрительское") , то успех - в том числе и у публики - достижим. Фальшивая же выспренность (в совокупности с почти неизбежным в этом случае занудством) отпугнет зрителя не меньше, чем нарочитый мат. И собранные "Бумером" в первый уик-энд проката рекордные для российского кино $300 000 всего на 38 копиях доказывают, что публика-то как раз тонко чувствует разницу.
Для выборгского фестиваля, в очень большой степени нацеленного на прокат, столь мощный коммерческий успех одного из участников конкурса - несомненный плюс. Это, впрочем, не означает, что жюри во главе с Вадимом Абдрашитовым наверняка отдаст рекордсмену кассы главный фестивальный приз. Как говорят в кулуарах члены жюри, однозначного лидера пока нет. Судя по всему, определенные надежды в этом смысле возлагаются на "Трио" Александра Прошкина и "Прогулку" Алексея Учителя - она будет показана в конкурсе последней, а это по негласному фестивальному правилу много о чем говорит.