ПОЛИТЭКОНОМИЯ: Корабль-призрак
Президент Путин красиво ответил "бюрократам из Еврокомиссии": внутренние цены на энергоносители не являются предметом переговоров по ВТО, России не "выкрутить руки", "Газпром" разделен не будет. Путин дал понять, что ЕС и дальше придется иметь дело с российской газовой монополией, которая не только сохранит систему двух рынков, но и будет контролировать газопроводную систему бывшего СССР, которую не обойти среднеазиатскому газу.
Европейцы вняли и объявили, что продолжат покупать газ на основе долгосрочных контрактов. Сторонники единого и неделимого "Газпрома" ликовали - реструктуризаторам из МЭРТ дан ответ, который не обсуждается. Да и простое патриотическое сердце не могло не дрогнуть спазмом гордой стойкости: и то правда, дешевые энергоносители - наше естественное конкурентное преимущество, и с какой это стати мы должны отказываться от него?
Если президент имел тактическую цель - ответить европейцам, атаковавшим нас на газовом направлении (переговоры по ВТО, долгосрочные контракты, судьба новых газопроводов) , то демарш надо признать весьма удачным. Если же он говорил здесь о газовой стратегии России (как то поспешили объявить внутренние друзья "Газпрома") , то она, кажется, гарантирует нам славное поражение.
Реструктуризация "Газпрома" (которая, вероятно, в конце концов приведет к его разделению) практически неизбежна. Об этом свидетельствуют результаты его финансовой деятельности последних лет. Долги, превышающие размер годовой выручки, продолжают увеличиваться. А доходы не позволяют субсидировать внутренний рынок газа и одновременно обеспечивать необходимые инвестиции.
Путин не случайно помянул СССР в своей речи. Концерн (а точнее - министерство, закамуфлированное под ОАО) был эксклюзивным продуктом высшей и последней стадии социализма и до сего дня остается летучим голландцем, кораблем-призраком исчезнувшей советской империи. Тогда предполагалось, что внутренняя деятельность "Газпрома" практически ничего не стоит, а экспорт дает чистую прибыль, обеспечивающую могущество централизованного госаппарата. Но главное - концерн был безальтернативным поставщиком азиатского газа в Европу. Единый нерыночный Восток продавал газ, который у него есть, по рыночным ценам Западу, у которого этого газа нет.
Но с тех пор Восток перестал быть не только нерыночным, но и единым. Сегодня позициям "Газпрома" в Европе противостоит не только желание покупателей либерализовать рынок, но и желание среднеазиатских стран продавать свой газ на нем, а западных республик бывшего СССР - получить свою часть транзитной ренты. И вряд ли даже благодаря артистической твердости своего президента России удастся долго сдерживать натиск столь серьезного альянса.
Трагическим для "Газпрома" образом его статус внутренней госмонополии (связанный со значительными издержками) и статус монопольного поставщика азиатского газа в Европу увязаны в один гордиев узел. Узел, не позволяющий "Газпрому" ни заняться оптимизацией внутреннего рынка (и, соответственно, своих издержек) , ни перейти к гибкой тактике в необратимо меняющихся условиях глобального газового рынка и совершить необходимый инвестиционный маневр. То есть стать корпорацией, служащей не государству, а экономике страны.
Автор - обозреватель издания gazeta.ru