ГЛОБАЛИСТ: Moody's и Березовский
В сегодняшней глобальной экономике препятствиями для передвижения капитала служат не законодательные ограничения, а соображения благоразумия. Частные агентства выставляют кредитные рейтинги, и капиталисты могут судить, насколько рискованны вложения в ту или иную страну.
Эта практика сложилась в XIX в. , а первым признанным "рейтинговым агентством" выступал французский банк Credit Lyonnais. России тогда был присвоен суверенный рейтинг высшей категории - возможно, благодаря прекрасному соотношению долга и активов. Ведь империи принадлежала большая часть природных ресурсов страны, а амортизации вообще не было в отчетности. Так что французские инвесторы нисколько не сомневались, покупая облигации Российской империи. Дефолт советского правительства в 1918 г. был одной из причин продолжавшейся 50 лет комы международного рынка казначейских облигаций.
Насколько надежнее современные агентства? Недавно Россия получила инвестиционный рейтинг от Moody's. Агентство указывает на возросшую бюджетную дисциплину, улучшения в соотношении долга и ВВП, резервы Центробанка, формирование стабилизационного фонда, быстрый экономический рост, рыночные реформы, снижение политических рисков. Решение повысить рейтинг было принято агентством на той же неделе, когда проходил обыск в интернате, поддерживаемом "ЮКОСом". "Moody's полагает, что политические столкновения внутри и снаружи. .. президентской администрации не угрожают курсу реформ в широком смысле", - говорили представители агентства.
Однако важно напомнить о различии между политическим и правовым риском. Отсутствие того, что на Западе называется верховенством закона, обязательного не только для граждан, но и для госаппарата, отсутствие свободной прессы, раскрывающей злоупотребления власти, - крупнейшие препятствия для притока иностранных инвестиций в Россию. Неурегулированность прав собственности, произвол, коррупция и политизированность правоприменения остаются огромными проблемами, несмотря на политическую стабильность и улучшения в сфере государственных финансов.
Достаточно одного известного примера. Министр внутренних дел Британии Дэвид Бланкетт предоставил Борису Березовскому политическое убежище, что исключает экстрадицию. Значит, министр невысоко оценил российскую правоохранительную систему и решил, что на родине суд над Березовским не будет справедливым.
Кому же верить? Агентству Moody's или Дэвиду Бланкетту? На самом деле правы оба. Политические риски стали ниже, а правовые остаются высокими. Суверенный долг будет оплачен, а долг компаний - другой вопрос. Российская администрация стремится убедить держателя облигаций в надежности вложений, но не убеждает портфельного и прямого инвесторов.
Важнейшим практическим шагом, направленным на снижение правового риска, стала бы амнистия по всем экономическим преступлениям, совершенным в бурные 90-е гг. Если это произойдет, иностранцам не придется бояться, что активы их российских партнеров в любую минуту могут стать разменной монетой во внутрикремлевской борьбе. Но такой шаг лишит Кремль одного из сильнейших рычагов власти. Возможно, это слишком большой риск для напуганных людей, которые сегодня управляют Россией.
Автор - член палаты лордов британского парламента, профессор Уорвикского университета, глава Центра глобальных исследований