Блудный сон
В 1939 г. в Лиссабоне 17-летний ученик автомеханика по имени Жозе Сарамаго родом из дальнего деревенского захолустья случайно находит в одном из литературных журналов, которые он читал тогда запоем, подборку стихов некоего Рикардо Рейса, врача по профессии. Пышные, переполненные античными аллюзиями и посвященные каким-то нездешним женщинам с именами вроде Хлои или Лидии, оды Рейса становятся для Сарамаго, по его собственным словам, "началом воображаемого путешествия". Это путешествие завело его далеко.
Бывший автомеханик Сарамаго спустя 60 с лишним лет стал главным писателем своей страны, своего языка и, скажут многие, одним из главных писателей своего времени. Он стал, наверное, последним из великих писателей-коммунистов, да еще в стране, где в отличие от Франции или Америки быть коммунистом долго было по-настоящему опасно. Он стал главным литературным врагом Ватикана, Салманом Рушди католического мира, после того как в удостоенном Нобелевской премии 1998 г. романе "Евангелие от Иисуса" вывернул наизнанку каждую незыблемую истину Благой вести. Уже в этом году он еще и рассорился с целой страной - с Израилем, сравнив действия евреев в Рамалле с Освенцимом и Бухенвальдом.
Но вот странность: если вернуться в самое начало, в салазаровскую Португалию 1939 г. , то выяснится, что никакого Рикардо Рейса никогда не существовало. Стихи были, но они были написаны совсем другим человеком, Фернандо Пессоа, гениальным безумцем, имевшим привычку сочинять не поэзию, а поэтов. Врач-одописец Рейс - лишь один из них, кроме него были и лучезарно оптимистичный учитель Альберто Каэйра, отправленный Пессоа на тот свет еще в военном пятнадцатом, и немного эпатажный лирик инженер Альваро де Кампос. И еще поэт Фернандо Пессоа - певец португальской истории и провозвестник будущей "пятой империи" и нового величия нации Камоэнса и Васко де Гамы.
Уже состоявшимся романистом - в 1984 г. - Жозе Сарамаго возвращается к стартовой точке и решает написать книгу о Пессоа, Рейсе и о том времени, когда Португалии будто и не было на свете, так незаметна она была на карте охваченной смутой Европы. Это и есть "Год смерти Рикардо Рейса" - год 1936-й. Главный герой, давно эмигрировавший в Бразилию доктор Рейс, возвращается на родину, узнав о смерти своего давнего друга Фернандо Пессоа. Тут он проводит девять месяцев, гуляет по Лиссабону, смотрит на море, влюбляется в двух очень разных женщин, одну из которых, горничную в его отеле, зовут Лидия, посещает митинги и театры, бесконечно читает газеты и даже отправляется на паломничество в Фатиму. А еще он ведет бесконечные беседы с самим Пессоа, призрак которого посещает его в урочные и неурочные часы, чтобы поболтать о любви, политике, поэзии и вообще обо всем на свете. Понемногу, по мере того как уходит в прошлое память о его создателе Пессоа (а посмертной памяти о человеке отпущено, по Сарамаго, ровно девять месяцев) , Рикардо Рейс развоплощается, пока, наконец, осознав свое несуществование, не уходит вслед за Пессоа прочь из романа и жизни. Все это изложено в пяти сотнях кирпичей плотнейшей и временами прекраснейшей прозы без абзацев и диалогов, виртуозно, с каким-то даже ухарством переведенной Александром Богдановским. По этому тексту скользишь, как по ледяному желобу, не встречая ни малейшего сопротивления и не видя ничего по сторонам, так что страниц через пятьдесят начинает клонить в сон. Но это будет хороший, крепкий сон без сновидений, проснетесь вы наутро отдохнувшими и со свежей головой. Не знаю, может ли это служить комплиментом для книги, но хотелось сделать именно комплимент.
Вот разве что еще одно. По дороге в Португалию Рейс натыкается на книгу The God of the Labyrinth писателя Герберта Куэйна, еще одного несуществующего литератора, на этот раз выдуманного Хорхе Луисом Борхесом. Эту книгу Рейс будет читать все девять месяцев, так и не продвинувшись дальше первых страниц. Это и неудивительно: Борхес не придумал для этого романа ничего, кроме краткого изложения сюжета. Зато он приписал Куэйну один вполне законченный рассказ, "Круги руин" - тоже о человеке, понявшем, что он всего лишь выдумка, сон, снящийся кому-то другому. В романе Сарамаго больше полутысячи страниц, в рассказе Борхеса - пять, но я не знаю, кому из них удалось сказать об этом больше. С другой стороны, как говорится в романе, "человек в жизни должен прочесть все, или немногое, или сколько сможет". Сможете прочесть "Год смерти Рикардо Рейса" - не пожалеете.
"Год смерти Рикардо Рейса". Москва, "Махаон", 2003, перевод А. Богдановского