Рэнкинги под угрозой

На рубеже XX и XXI вв. на рынке бизнес-образования число разнообразных рэнкингов стремительно возросло. И вот в 2003 г. бизнес-школы недвусмысленно дали понять, что эта ситуация их раздражает.

Руководство одного из ведущих учебных заведений в мире - Гарвардской школы бизнеса (HBS) - весной 2003 г. решило не поощрять общение выпускников со средствами массовой информации, публикующими означенные рэнкинги. Между тем составляются рэнкинги, подобные тем, что публикует Financial Times, именно на основании ответов выпускников бизнес-школ на предложенные им вопросы. Только так можно получить информацию по таким параметрам, как карьерный рост или размеры заработной платы, и ознакомиться с их мнением об учебном заведении, которое они окончили.

Чуть раньше, в самом начале 2003 г. , HBS и еще несколько ведущих бизнес-школ отказались принимать участие в опросах, проводившихся журналом BusinessWeek.

Впрочем, HBS уточнила, что представители СМИ могут узнать о жизни выпускников как-нибудь по-иному, и с этой целью сама разослала ответы на вопросы во все три издания, которым было отказала в информации, - в Economist Intelligence Unit, Forbes и Financial Times.

Отказывая журналистам в общении со своими выпускниками, HBS приводит несколько резонов. "Прежде всего мы не верим, что существует такое явление, как бизнес-школа N 1", - говорит Дэвид Лэмп, исполнительный директор по маркетингу и связям с общественностью. На самом деле среди самих студентов много людей с совершенно различными интересами, способностями и устремлениями, продолжает Лэмп. У каждой бизнес-школы есть свои сильные стороны и свой подход к обучению. "Смысл не в том, чтобы определять чемпиона, - говорит он. - Смысл в том, чтобы студент сумел подобрать себе бизнес-школу, максимально соответствующую его потребностям".

Другое соображение - забота об интересах самих выпускников. По словам Лэмпа, HBS всегда считала информацию о своих выпускниках строго конфиденциальной и охраняла неприкосновенность их личной жизни. При составлении прошлых рэнкингов HBS наотрез отказывалась давать любую информацию о выпускниках и сама брала на себя труд пересылать им анкеты с вопросами.

Впрочем, Гарвардская школа бизнеса - не единственная, кто возмутился обилию рэнкингов. В этом году бизнес-школа Wharton при Пенсильванском университете отказалась от участия в рэнкинге Economist Intelligence Unit. "Поскольку заявки на участие наших студентов и выпускников в разного рода рэнкингах приходят все чаще, - говорит Майкл Балтс, директор школы по связям с общественностью, - мы должны решить, какую позицию займем по отношению к таким запросам в дальнейшем". Впрочем, по примеру Гарвардской школы Wharton направила в Economist ответы на вопросы о своей программе MBA.

Дело кончилось тем, что Economist Intelligence Unit не стала включать в свой рэнкинг ни Гарвардскую школу бизнеса, ни Wharton.

Впрочем, некоторые издания идут другим путем. Например, журнал Forbes связался с выпускниками Гарвардской школы самостоятельно и в своем рэнкинге, опубликованном в октябре 2003 г. , поставил HBS на первое место. По правилам этого издания школы включаются в рэнкинг при условии, что на анкеты ответило не менее 15% ее выпускников, завершивших обучение пять лет назад. "В известном смысле составление рэнкингов - это сотрудничество партнеров, - говорит старший редактор журнала Курт Баденхаузен. - Без сотрудничества со стороны бизнес-школ составить рэнкинг невозможно".

Агрессивное отношение к рэнкингам само по себе не ново. В конце 2003 г. The Wall Street Journal пригласила на встречу в Лондоне деканов европейских бизнес-школ. Цель встречи - убедить по возможности большее число школ участвовать в своем рэнкинге, где международные бизнес-школы оцениваются по отзывам ректрутинговых компаний и по результатам опросов. Многие отказались. "Мы все равно не войдем в число этих 50", - говорит Энди Джексон, менеджер по связям с работодателями в Cass School при лондонском City University.

Децзо Хорват, декан Schulich School при Йоркском университете в Торонто, напротив, считает, что определенная польза от рэнкингов есть. По его словам, основное достоинство рэнкингов состоит в том, что они учитывают глобальный характер рынков MBA. С помощью рэнкингов работодателям и выпускникам легче ориентироваться на мировых рынках.

Хорват убежден, что в различных рэнкингах учебные заведения оцениваются с различных точек зрения и потому различные исследования дополняют друг друга.

Впрочем, в США сейчас подумывают о том, чтобы стандартизировать информацию по бизнес-школам. MBA Career Services Council уже выпустила рекомендации по предоставлению данных о трудоустройстве выпускников. Эти правила предназначены только для американских школ, но и там они пришлись по вкусу далеко не везде. Например, в Stanford ими пользоваться отказываются и продолжают сообщать статистику занятости так, как делали это раньше.

Впрочем, несмотря на известное сопротивление со стороны бизнес-образования, рэнкинги вряд ли сойдут со сцены. "Каким-то школам они не нравятся, одна-две могут отказаться в них участвовать, но не думаю, что рэнкинги перестанут составляться, - говорит Джордж Бикерстафф, автор книги Which MBA? - Рэнкинги стали частью рынка. Их ждут". (FT, 26. 01. 2004, Екатерина Кудашкина)