Экзамен для рекрутера
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ - Иногда рекрутеры, привыкшие к поиску менеджеров по торговле или финансовых директоров, получают необычные заказы. Например, найти технолога по свиноводству или дизайнера по фарфору. В компаниях по подбору персонала подобные заказы считают испытанием профессионализма.
Среди наиболее необычных заказов петербургские рекрутеры называют позиции технолога по свиноводству, лесника, специалистов по предупреждению мошенничества со стороны сотовых абонентов. Консультант агентства "Анкор-Петербург" Александр Егоров считает, что при принятии нетипового заказа перед рекрутером встает вопрос, обладает ли агентство необходимыми ресурсами для выполнения такого заказа. "Если в этом есть сомнения, лучше отказаться, но сохранить лицо", - считает Егоров. А Евгения Барканова, менеджер по связям с общественностью компании THI Selection, отмечает, что необычные заказы становятся позитивным испытанием для рекрутеров. Впрочем, не только для них.
27-летняя Снежана Вольхина нашла работу по объявлению, данному одним из рекрутинговых агентств. Она преподавала в Университете технологии и дизайна, который в свое время окончила, но хотела более творческой работы. Ее мечта сбылась, и она стала дизайнером отдела спецпроектов на Ломоносовском фарфоровом заводе. Отдел, который занимается изготовлением посуды с логотипами фирмы, подарков, посуды для ресторанов, было решено расширить после того, как на заводе сменились акционеры и менеджмент. Понадобился и дизайнер. Эту позицию и заняла Снежана Вольхина. "Я толком не знала, что меня ожидает, но была уверена, что смогу научиться", - признается она.
В THI Selection говорят, что требования ЛФЗ усложняли поиск кандидата. На заводе искали молодого человека, который бы чувствовал себя хорошо в давно сформировавшемся, зрелом коллективе. "То, что Снежана откликнулась на объявление в газете, - это удача", - говорит Барканова из THI Selection. По ее словам, кандидат также должен был обладать художественным стилем, который соответствует традициям ЛФЗ. Художников-дизайнеров по стеклу на рынке очень мало, и они обычно проявляют низкую информационную активность и редко пользуются традиционными медиа - прессой и Интернетом, объясняет сложность задания рекрутер. "Наши специалисты уже собирались выходить напрямую на художественные вузы. К тому времени работа над этой вакансией шла около четырех месяцев, тогда как обычный рекрутинговый проект длится около месяца", - сказала Барканова.
Выполнение нетипового заказа позволяет, по словам Баркановой, "переработать технологии и в ряде случаев по-новому взглянуть на свои собственные рыночные позиции". Бывает так, что технологии, наработанные на таком проекте, впоследствии переходят в постоянную практику рекрутингового агентства.
Егоров согласен, что в нетиповом проекте приходится отходить от обычного инструментария, собирать информацию о новом рынке. Когда рекрутер не знает о потенциальном кандидате ничего, кроме фамилии и должности, для разговора с ним требуется особый профессионализм.
Иногда нестандартные вакансии заполняются и без помощи рекрутеров. Бывший сотрудник дочерней компании Pratt & Whitney Canada Владимир Гайдо сначала сотрудничал с ИМИСП как преподаватель-почасовик. А когда в процессе реорганизации компании его подразделение сократили, перешел в учебное заведение на штатную работу. Опыт работы в промышленности и, как говорит сам Гайдо, "природная склонность к преподаванию" - сочетание довольно редкое.
Проректор по учебной и научной работе ИМИСП Владимир Колчанов рассказывает, что в бизнес-образовании, направленном на обучение взрослых, существует общая проблема: если человек - хороший академический преподаватель, то он зачастую слаб в практике бизнеса. Чистые же практики в силу своей загруженности не способны вести длительные, сложные курсы. Таким образом, бизнес-школа редко может найти преподавателя, который бы с первого рабочего дня соответствовал своей позиции. ИМИСП обращался к рекрутерам, но предложенные ими кандидаты не полностью соответствовали требованиям вуза, говорит Колчанов.