Пейзаж перед битвой
1939 год. Франция. После успешной премьеры нового музыкального фильма красавица-актриса нечаянно убивает своего докучливого поклонника. Замести следы ей помогает влюбленный в нее молодой ученый, а спасти от сплетен - еще один поклонник: премьер-министр. Вскоре все они оказываются в одном отеле в Бордо. И все это на фоне грандиозных исторических катаклизмов. Вот завязка самой дорогой французской картины 2003 г. "Счастливого пути". Ее автор - 72-летний режиссер Жан-Поль Раппно, которого в России знают по знаменитому в советское время фильму "Повторный брак" с Жан-Полем Бельмондо и Мари Жобер и недавней экранизации "Сирано де Бержерака" с Жераром Депардье.
- Время действия вашего фильма - 1939 год, очень драматичное в истории Франции, однако жанр - комедия. ..
- Важно понять, что фильм "Счастливого пути" рассказывает о нескольких совершенно определенных днях, когда весь французский истеблишмент, все французские правящие круги, вся художественная элита совершили бегство из Парижа под натиском быстро продвигавшихся немцев и оказались во время уик-энда в городе Бордо. Была совершенно безумная атмосфера, все были потеряны и не знали, какое решение нужно принять: остаться или уехать из Франции. Все мемуары, все воспоминания и вообще все, что я мог прочесть о той эпохе, сфокусировалось на этих днях и дает одновременно впечатление дикой паники и какой-то бурлескной комедии. Эти трагикомические дни оказались и днями трусости, предательства, но и днями мужества для многих, в основном молодых людей. Мне показалось, что можно рассказать об этом с иронией, на которую дает право комедия.
- Я слышала, поначалу предполагалось, что главные женские роли сыграют Софи Марсо и Одри Тоту. В итоге на экране Изабель Аджани и Виржини Ледуайен, и это большая удача. Но все же почему так получилось?
- Это фильм, который очень сложно было собрать воедино. Во-первых, трудно было найти продюсера, затем все актеры, первоначально выбранные на роли, по разным причинам не смогли потом сниматься. Софи Марсо должна была играть роль актрисы, но влюбилась в нового мужчину и оказалась беременной. Одри Тоту я предлагал сыграть девушку-студентку еще до того, как к ней пришел огромный успех в "Амели". Но после "Амели" на нее свалилась громадная популярность, ей стали предлагать роли в Англии, в Америке, она оказалась безумно занята. Только один человек с самого начала хотел сниматься в этом фильме и не менял своих планов - это Жерар Депардье. Но сначала я думал его снимать в роли друга главного героя, а премьер-министра должен был сыграть другой артист. Я уже даже не помню, почему он не смог с нами работать: то ли из-за денег, то ли что-то еще. И тогда Жерар сказал: ну ладно, место освободилось, стану премьер-министром.
Так часто бывает на съемках. Как будто фильм ждет именно этих актеров, и на самом деле счастье, что другие не смогли в нем участвовать. Те, кто в результате остался, просто идеальны для этой истории.
- Говорят, у Изабель Аджани очень сложный характер.
- Я не заметил. Это человек, которого я очень люблю. Изабель согласилась заменить Софи Марсо, а ведь это не просто для самолюбия актрисы. Она умеет быть забавной. В "Счастливом пути" она похожа на куклу, такая матрешка с нарумяненными щечками. Прелесть! Мы очень нежно относимся друг к другу. Между нами есть взаимопонимание, ничего не нужно долго объяснять, работать вместе нам очень легко.
- В фильме "Счастливого пути" появился новый для нас молодой актер Грегори Беранжер. Он очень хорош: изумительная наружность и явный талант. Расскажите о нем немного.
- Я очень счастлив, что нашел этого человека: мне кажется, что во Франции не хватало молодого артиста на амплуа героя-любовника. Это вообще амплуа, которое мало представлено в современном французском кино, и Грегори - первый любовник в том смысле, в каком был на экране Жерар Филипп. В нем есть те самые очарование, молодость, энергия, романтизм. Я думаю, такой артист - огромный подарок для французского кино.
- В вашем фильме вы как будто играете с распространенными клише многих жанров: мелодрамы, авантюрной комедии.
- Да-да, жанровое смешение намеренно. Мне хотелось переплести все сразу, представить несколько различных интриг. Снять шляпу перед американской комедией вроде фильмов Фрэнка Капры и Эрнста Любича, отдать дань французскому кино эпохи Жана Ренуара, создать определенный коллаж из фильмов Фрица Ланга и Хичкока. Из всей этой дорогой для меня мешанины и образуется в конце концов мой фильм.
- Вы в кинематографе уже 45 лет, написано громадное количество сценариев, но режиссерских работ только семь. Почему?
- Что сказать? Просто я настолько вхожу в каждый фильм, так глубоко в него погружаюсь и не могу думать ни о чем другом, пока не закончу, что во время каждой работы в моей голове нет места никаким другим проектам. Закончив фильм, я чувствую себя опустошенным. Как самолет после огромного путешествия. И я совершенно не знаю, куда вылечу в следующий раз. Чтобы снова обрести мотивацию, цель следующей "поездки", мне нужно сначала влюбиться во что-то. На это нужно время, иногда пауза бывает долгой. Нечто похожее я прочитал в интервью Андрея Звягинцева в Париже. Когда его спросили, о чем будет ваш следующий фильм, он ответил: ни одной мысли в голове. Я это хорошо понимаю.