Сделаем это по-быстрому

О создании одного органа, который регулировал бы разные финансовые рынки, чиновники правительства заговорили год назад. В докладах о состоянии финансовой системы Минэкономразвития и ФКЦБ в один голос жаловались, что она не обеспечивает потребности экономики в инвестициях, в частности, из-за раздробленности регулирования: рынок ценных бумаг оставался за ФКЦБ, за негосударственными пенсионными фондами надзирал Минтруд, за страховщиками – Минфин, а за банками – ЦБ. Февральская отставка кабинета и реорганизация правительства сорвали план реформы.

Реанимировать его взялась преемница ФКЦБ – Федеральная служба по финансовым рынкам (ФСФР). Разброс регулирования, по мнению руководителя службы Олега Вьюгина, ведет “к двойным стандартам для участников рынка, создает неоправданные преимущества отдельным из них, снижает эффективность госконтроля”. “Идея регулятора поддерживается всеми, предлагается даже проводить ее форсированно”, – заявил в ответ премьер Михаил Фрадков. Концепция мегарегулятора, сказал “Ведомостям” Вьюгин, будет внесена в правительство в феврале.

По предварительным наметкам ФСФР, единым органом станет она сама, а все решения будут приниматься специальной коллегией. В нее, по мнению Вьюгина, войдут 10–12 человек, в том числе два представителя от профучастников рынка. Кроме того, в концепции предусмотрено создание двух комитетов – профучастников и потребителей финансовых услуг. Они будут рассматривать все решения мегарегулятора и смогут обжаловать их в правительстве. “Комитеты необходимы для баланса интересов государства и профучастников, – поясняет Вьюгин. – С другой стороны, общественный статус комитетов не позволит им размыть ответственность регулирующего органа”. Возможно и создание наблюдательного совета, в рамках которого чиновники профильных ведомств будут разрабатывать стратегию развития финансового рынка.

Однако заработать мегарегулятор сможет еще не скоро. Руководитель департамента Минфина Алексей Саватюгин напоминает, что совмещение в ФСФР функций регулирования и надзора противоречит сути административной реформы. Дискуссия о том, стоит ли на это идти, получится горячей, уверен Саватюгин. Кроме того, напоминает руководитель Федеральной службы страхового надзора Илья Ломакин-Румянцев, после всех споров только на создание единого регулирующего органа в Великобритании, например, ушло четыре года. В российских реалиях, считает руководитель экспертного управления президента Аркадий Дворкович, на это потребуется лет пять. Реформа может упереться и в нежелание ЦБ отдавать в новый орган банковский надзор, считает Саватюгин. Представители ЦБ вчера отказались комментировать решение правительства. В апрельском интервью “Ведомостям” председатель ЦБ Сергей Игнатьев откровенно сомневался в том, что “в российских условиях надзор вообще должен быть вне Банка России”. “Но мне совершенно очевидно, что этого ни в коем случае нельзя делать в ближайшие несколько лет”, – добавил он.

Чиновник правительства отмечает, что с интеграцией банковского надзора в структуру мегарегулятора “пороть горячку никто не собирается”. Тем более что в ФСФР трудится 300 сотрудников, а в пруденциальном надзоре ЦБ – 4200, напоминает он. По словам Вьюгина, если в феврале 2005 г. будет одобрена концепция нового органа, то закон о нем служба напишет к 2006 г. К подготовке документа, надеется президент Ассоциации российских банков Гарегин Тосунян, привлекут и профучастников рынка.