Цветочки Мэпплторпа
Совместный проект Фонда Соломона Гуггенхайма и Государственного Эрмитажа “Роберт Мэпплторп и классическая традиция. Искусство фотографии и гравюры маньеризма”, что показывают в Московском доме фотографии, представляет своего героя как современного классика и наследника большого искусства. Выставка в Stella Art напоминает, что он был еще и изощренным порнографом, склонным к мазохизму, бравирующим гомосексуалистом и большим мастером салонных красивостей.
Выставка в “Стелле” иллюстрирует часто цитируемое высказывание Мэпплторпа о том, что для него и фаллос и цветок – одинаковые объекты для съемки, потому что главное в фотографии – свет. Так они и висят рядом в черной комнате (метафоре темных сторон жизни), выгороженной в белом галерейном зале, – ряд цветочков, ряд откровенно непристойных сцен. И еще неизвестно, что выглядит эротичнее. Но непристойнее все же смотрятся не цветочки. Черная комната своими задернутыми шторами предупреждает о том, что прячет нечто особенное и даже опасное. Несовершеннолетних туда не пускают, целомудренные сами не должны туда идти. Те, кого от порно тошнит, могут оставаться в белом зале, где хоть и висят снимки обнаженной натуры, но вполне приличные, даже весьма банальные и шокирующие только своей излишней красивостью. А вот за шторами прячется несколько и впрямь очень неприятных по содержанию снимков, но снятых с отменным фотографическим мастерством, ярко, выпукло, контрастно, композиционно выверенно. Они могут смущать, но возмущаться сегодня ими было бы странно.
О влиянии Мэпплторпа на эстетику современной рекламной фотографии и фотографии моды писали много, снимки его действительно очень гламурны. Только глянцевые журналы рекламируют дорогие товары, а порнокадры Мэпплторпа – совершенные детородные органы.
При входе на выставку зрителей встречает автопортрет фотографа, сделанный в год его смерти, пришедшей от СПИДа. Лицо у этого постаревшего принца в зените скандальной мировой славы измученное, а выражение глаз – трагическое. В жизни, как можно понять из его творчества, Мэпплторп стремился высветлить темные стороны своей жизни, буквально навести на них свет. И в своем стремлении эстетизировать то, что принято называть порочным, тоже был продолжателем старой культурной традиции.