Россия и мир: Россия самоутвердилась
Международное сообщество негодует по поводу негибкой энергетической политики России. Ограничение подачи газа в Европу впервые за 40 лет, предпринятое ради того, чтобы воздействовать на малозначимую Украину, выглядит смехотворным выпадом в адрес “большой семерки” как раз в тот момент, когда Россия принимает на себя председательство в этом клубе. Интересно, что нынешний гнев и замешательство инвесторов очень напоминают их состояние ровно год назад, когда они, не веря своим глазам, смотрели, как Кремль крушит фондовый рынок, разрушая ЮКОС.
Но если смотреть из Москвы, то ее действия выглядят гораздо более адекватными. Россия была приглашена в “восьмерку” не потому, что это богатая индустриальная демократия, а потому, что Западу было важно включить Россию в систему западных международных институтов, в рамках которых в основном и функционирует мир. С западной точки зрения это очень разумная политика. Но Путин ясно дал понять, что не собирается играть по западным правилам. Он считает, что России не нужно ни полное отождествление с интересами Запада, ни прямая конфронтация с ним.
Отключение газа Украине позволило достичь трех целей. Во-первых, Россия продемонстрировала, что надежды экономически слабой Украины уйти из российской сферы влияния в европейскую нереалистичны. Да, глухие протесты со стороны Германии и Британии звучали, но как только речь зайдет о выборе между европейскими амбициями Украины и российским газом, Украине скажут: Auf Wiedersehen.
Во-вторых, Путин разъяснил, почему позиции России за столом “восьмерки” не слабее, чем у других. Россия показала, что может отключить поставки, если не оплачен счет. Как раз когда “восьмерка” концентрируется на энергетической безопасности, Россия напомнила, каков реальный баланс сил.
В-третьих, Россия дала всем понять, что готова использовать энергетику в политических целях. Кремль так стремился поставить российский ТЭК под контроль не только ради финансов, но и ради влияния, которым он не стесняется пользоваться.
Многие стали говорить, что Европа начнет активные поиски других источников газа. Но единственный не связанный с Россией план, рассматриваемый сейчас, это трубопровод “Набукко”, который должен доставлять газ в Европу из этой гавани стабильности и дружелюбия по отношению к Западу – Ирана.
Действительно, Путин привнес на европейский газовый рынок новый фактор нестабильности. Но ОПЕК уже показала в 1970-е гг., что игра энергетическими мускулами не обязательно так уж вредит интересам производителя. Россия не стремится купить себе друзей с помощью своего энергетического потенциала, она стремится купить влияние.
Ну и кроме всего прочего, “Газпром” добился-таки повышения цены на свой газ.
С западной точки зрения все это не особенно позитивно. Стало ясно, что, несмотря на все усилия последних 15 лет, интересы России продолжают не совпадать с интересами Запада. Понятно, что для небольшого круга людей с хорошими связями вовлеченность в дела Rosukrenergo может стать выгодной.
Но, как и в истории с ЮКОСом, очень важно помнить о том, насколько по-разному смотрят на ситуацию люди в России и на Западе. Путин только укрепляет свою популярность, когда использует власть так, что это вредит Западу. Жесткие действия в отношении Украины и возмущение Запада делают его только привлекательнее – точно так же, как ренационализация “Юганскнефтегаза” и отправка Михаила Ходорковского в Сибирь.
Это, впрочем, не значит, что те или иные действия предпринимаются Россией только для того, чтобы вызвать раздражение на Западе (хотя именно так иногда и кажется). Решения принимаются исходя из национальных интересов – как их понимает небольшая и изолированная группа кремлевских руководителей. Очень часто эти интересы совпадают с интересами Запада. Путин остается связанным с Европой ближе, чем с каким-либо другим крупным центром интересов. Но Россия – единственная европейская страна, история, география и ресурсы которой позволяют проводить по-настоящему независимую внешнюю политику. Сейчас высокие цены на нефть и воссоздание властного государства уже позволяют России снова жестко поставить себя в мире. Конфликты вокруг поставок газа – результат этой вновь обретенной уверенности в себе. Многие на Западе могут быть недовольны, но их реакция также безразлична Москве, как ее собственное мнение по поводу расширения НАТО безразлично Вашингтону.
Летом 2004 г. мне посчастливилось принять участие в беседе между западным портфельным инвестором и кремлевским политтехнологом. Инвестор желал понять, какая судьба уготована ЮКОСу. Собеседник откровенно заявил, что компания будет разделена и поглощена государством. Инвестор в ужасе спрашивал, понимает ли кто-нибудь в Кремле, что такое фондовый рынок и международная репутация России. Политтехнолог ответил, что в Кремле осознают, что рынок рухнет и что Запад будет негодовать. Но он продолжил так: “Когда все уляжется, Запад будет делать то, что в его интересах, и рынок снова пойдет вверх. И нам, и вам нужна торговля, а наши акции сейчас дешевы”.
Своими последними действиями Россия не заработала себе новых друзей в мире, но утвердила важность своей энергетической позиции. Год будет захватывающим. Учитывая целый вал готовящихся IPO и бурный рост финансовых рынков, наш прогноз индекса РТС на уровне 1500 к концу 2006 г. уже кажется недостаточно высоким.