БАНКИ И ФИНАНСЫ: “Для меня вопрос проведения IPO не основной”

С появлением на петербургском рынке ВТБ и скандинавских банков конкуренция в банковском секторе усилилась. Президент МБСП Сергей Бажанов считает, что его банка, который практически не занимается ритейлом, она пока не коснулась. В выходе на рынок иностранных банков он видит даже плюсы для себя. В этом году Бажанов собирается активно развивать программу внешних заимствований, а вот расставаться с акциями банка он не торопится.

– Ваш банк известен тем, что работает с несколькими очень крупными клиентами. Не впадаете ли вы в зависимость от них? Не превращаетесь ли в финансовую компанию?

– После 2003 г. у нас произошла существенная диверсификация клиентской базы. Если раньше наши ресурсы на 80% были сформированы из небольшого количества клиентов, то сегодня картина противоположная. Львиная доля средств диверсифицирована примерно между сотней клиентов, что, естественно, благоприятно сказывается на финансовой устойчивости. Правда, за последние год-два не произошло утроения баланса, которое мы регулярно демонстрировали до 2003 г. Это хорошо – настало время более качественной работы. В целом диверсификация налицо, и это меня как руководителя банка радует.

– То есть клиентов становится больше?

– Клиентов с каждым годом становится больше, однако и конкуренция усиливается. Клиенты банка – не пассажиры поезда, которые идут в банк как в вагон, куда они заранее купили билет. Банковской моногамии уже давно нет – каждая компания обычно имеет счета в десяти и более банках.

Опираясь на доверие клиентов, существующих и приходящих, мы обеспечиваем прирост активов в среднем на 10–20% в год. К настоящему времени наш клиентский круг уже сложился. И основной прирост активов происходит благодаря расширению клиентской базы, а также увеличению богатства наших корпораций.

С другой стороны, в Петербург благодаря усилиям губернатора приходят крупные компании. Не то чтобы мы ожидали, что пришедшая в город на Неве, к примеру, та же “Транснефть” сразу откроет счет в МБСП... Денежных ресурсов в Петербурге становится больше. И это тоже нас радует.

– Как может сказаться приход западных банков на рынке Петербурга? Чувствуете ли вы усиление конкуренции?

– Вся борьба за российский банковский сектор происходит в ритейле. Поскольку мы этим сектором не занимаемся, то и конкуренции не чувствуем. Зато мы чувствуем, что западные банкиры – приятные в общении деловые люди, которые после изучения личного знакомства увеличивают на нас лимиты на межбанковском рынке. Так выражается доверие одного банка к другому, и для нас это важно.

Я сторонник открытого рынка и считаю приход иностранных банков большим плюсом для рынка. До сих пор на розничном рынке было три типа игроков. Такие банки, как “Русский стандарт”, поднаторели в ритейловых активных продуктах. Сбербанк, наоборот, собирает вклады, не утруждая себя активными ритейловыми продуктами. Понятно, что это делать проще, имея в акционерах государство. Многие собирают, как пчелки, деньги по зарплатным проектам.

Западные банки – серьезные игроки, которые профессионально производят большие объемы ритейловых операций. Благодаря им на розничном рынке внедряются современные стандарты. А сектор крупных корпоративных клиентов для российских банков все равно уже потерян – там действуют госбанки и крупные западные игроки.

– У МБСП в этом году появилась программа внешних заимствований. В каких масштабах и в какие сроки она будет реализована?

– Очевидно, что только совсем недумающие или ленивые не будут использовать кредитную линию на валютные заимствования в условиях укрепляющегося рубля. Для нас, переживших 90-е гг. со ставками по заемным средствам в 220% годовых, занятно выглядит выдача рублевого кредита под 10,5% годовых крупному корпоративному заемщику. Никогда в постсоветской истории не было такого сближения рублевых и валютных ставок.

Некоторые оракулы – Белла Златкис, например, – предсказывают, что ставки могут измениться. Вполне возможно, но я предсказательством не занимаюсь – я практикующий банкир.

На сегодня далеко не очевидно, что банк, который привлек заем или выпустил CLN, достиг большего, чем тот, кто молча, в банковской тишине, удвоил остатки на расчетных счетах клиентов. Думаю, мы относимся ко второй категории.

Но заемные средства необходимы, потому что если посмотреть на структуру баланса нашего банка, то налицо недоразвитость внешних заимствований. Мы посчитали, что можем вложить за год в проекты реального сектора $100–150 млн при неснижаемом уровне возвратности и надежности без снижения качества кредитного портфеля.

– Когда планируется выпуск CLN?

– Программа CLN на $50–70 млн будет реализована до конца года. А средства от размещения кредитных нот планируем направить на кредитование клиентов, увеличение ссудной задолженности, вложение в надежные крупные проекты.

– Вы заявляли о планах привлечь синдицированный кредит. Каковы его параметры?

– Да, такие планы у нас есть. Это логично – занимать в долларах и евро там, где они обращаются. Так же как и рубль на территории России. Субординированный заем предполагаем привлечь в размере 20–30 млн евро. Организатором будут выступать Moscow Narodny Bank и ВТБ. В настоящее время завершается процесс формирования синдиката банков.

– А планы по облигациям?

– Проведение субординированного займа и выпуск CLN покажут, насколько необходим будет выпуск облигаций. Один из наших партнеров, влиятельное западное консалтинговое агентство, считает, что предельная сумма заимствований, которую МБСП может привлечь в 2006 г., примерно $250 млн. Но, с нашей точки зрения, такая оценка вовсе не означает, что до конца года мы займем именно на эту сумму.

– Когда предполагается проведение IPO?

– Для меня вопрос проведения IPO не основной.

Хотелось бы завершить один из проектов – CLN или синдикат – до саммита “большой восьмерки”, который пройдет в июле этого года. Потому что после этого события все западные партнеры отправятся в отпуск. Если успеем до июля, то и IPO в этом году проведем. Если нет, то этот проект отложится до Пасхи 2007 г.

– Но если хорошая конъюнктура, зачем же откладывать?

– В основе – вопрос цены. Рынок растущий, никто не торопится продавать. Зачем продавать за 8 руб. то, что можно завтра продать за $20. Считаем, что надо подождать, выдержать паузу.

Пожалуй, сегодня нет ни одного российского банкира, к которому бы не пришли и не спросили, не хочет ли он занять денег на Западе или продать банк. Никогда в постсоветской России не было такого спроса на финансовые продукты и акции. Появляется очень много инструментов, у некоторых зачастую мы и названия не все выучили.

Мы скорее сейчас на пути подбора стратегического партнера, нежели покупателя. Нам нужен компромисс для сотрудничества. Не потому, что мы хотим делать все по-своему и умереть, держа устав банка в своих руках. Но при полном отсутствии идеологических разногласий между западным и российским банком последний трудно подвести под эффективную работу по западным стандартам.

– Но можно опоздать с продажей?

– Нам не привыкать. Мы порой всей страной проваливались, как, например, в 1998 г., в долговую яму. Это в нашем характере. Но все же считаю, что процесс приобретения иностранными банками российских, понемногу теряя свою сенсационность, будет естественно, тихо и мирно продолжаться.

– Какой процент акций предполагаете вывести на биржу?

– Пока рано об этом говорить. Поскольку 98% акций у топ-менеджмента, продать на бирже можно любой пакет. Мы думаем вывести до блокпакета включительно.

– Это будут акции акционеров или планируется провести допэмиссию? Вы от своих акций откажетесь?

– Решение будет принято исходя из целесообразности, а не вследствие желания собственника. Время покажет.

Продавая свои акции, ты фиксируешь жизненный успех звонкой монетой, выпуская новые – повышаешь капитализацию, увеличиваешь собственные средства банка. Очевидно, что лучше поднять капитализацию. Правда, часть банка уже будет не твоя.

– Какую площадку предполагается выбрать для размещения?

– Площадка, скорее всего, будет западная. К тому же там дешевле – при соблюдении ряда процедур и повышении рейтинга. На Западе проведение IPO будет стоить нам $1–2 млн.

– Сколько времени занимает подготовка к IPO?

– Думаю, нам необходимо 3–4 месяца при условии готовности к IPO.

– Все ли банки, заявляющие о планах IPO, смогут их реализовать?

– На западную биржу можно лететь на персональном самолете, а можно ехать на поезде, даже на электричке. На поезде не так комфортно, там давка, вещи положить некуда. Но доедут все. Другое дело, что цена привлеченных денег будет разной. У тех, кто на самолете, – пониже. А большим корпорациям, таким как “Газпром”, и ехать никуда не надо – им все привезут на дом и по самой низкой цене.