Смена короля

Ушли в прошлое те времена, когда в бизнес-школах какой-то предмет мог преподаваться только потому, что имелся соответствующий преподаватель. Теперь во главе угла стоят потребности клиента.

Тренинговые и консалтинговые компании все больше проявляют себя на рынке обучающих программ. За последние три года школы уже столкнулись с болезненным сокращением доходов, получаемых от проведения корпоративных программ. Сейчас возлагаются большие надежды на восстановление утраченных позиций. Но возвращение в славные времена потребует времени, говорит Стив Бернетт, заместитель декана по программам MBA для руководителей в Kellogg School of Management Northwestern University (штат Иллинойс).

Происходящие перемены хорошо видны на примере уже оправившихся от кризиса компаний. Они платят в среднем $1000 за день обучения своего топ-менеджера по программе бизнес-школ и все чаще хотят руководить разработкой собственных программ переподготовки и их преподавания. Они требуют использования для отчетности о деятельности бизнес-школ таких критериев качества, на основании которых можно судить о других аспектах их бизнеса.

Годами бизнес-школы обсуждали вопрос о том, как лучше измерить отдачу от инвестиций в краткосрочные программы обучения, и пришли к выводу, что она не поддается оценке. Теперь некоторые компании решили внедрить собственные системы измерений и не вносят плату за обучение по программам до тех пор, пока не убедятся в их успешности.

Джаум Хьюгас, исполнительный директор корпоративных программ испанской Esade Business School, говорит, что в зависимости от успеха программы школа может получить до 15% сверх установленной платы за обучение или лишиться части вознаграждения в таком же объеме. Для оценки программ, разработанных с целью повышения эффективности работы менеджеров и получения сведений об их успешности, используются такие инструменты, как полный цикл обратной связи – от подчиненных, коллег и руководителей до выполнения индивидуальных планов работы.

За клиентами

Корпоративные клиенты все в меньшей степени готовы направлять своих менеджеров в заграничные бизнес-школы и все чаще требуют проведения тренингов у себя. Как в программах с открытым набором (см. соответствующий рэнкинг на стр. 13), так и в клиентских программах успеха достигают те школы, которые готовы вести обучение на территории клиента. Даже Harvard Business School теперь проводит обучение в Китае и Индии.

The Cranfield School of Management из Великобритании – лишь одна из большого числа школ, которые успешно решили проблему географии. «У нас есть один или два международных клиента, и они хотят, чтобы их сотрудники проходили обучение именно в своих странах, потому что они работают в этих регионах, – говорит Билл Шеддон, директор Центра кастоматизированных программ. – Мы должны идти туда, где находится бизнес, должны предоставлять end-to-end услуги».

Некоторые школы создали отделения или даже целые кампусы в тех местах, где растет бизнес, таких как Латинская Америка и Объединенные Арабские Эмираты. Ashridge Business School стала последней, кто открыл свое отделение в ОАЭ. До нее там уже оказались Duke University, London Business School, Manchester Business School и INSEAD. А канадская Queen’s School of Business в течение нескольких лет делала инвестиции в ОАЭ и, по словам Тома Энгера, исполнительного директора центра корпоративных программ, сейчас 10% ее доходов от кастоматизированных программ приходится на этот регион. Он ожидает на Ближнем Востоке ежегодного роста в 10–20%.

Нишевый спрос

Такой географический размах вызван глобализацией бизнеса, причем навыки работы на глобальных рынках востребованы и в сегменте открытых краткосрочных программ. По словам Джозефа Велора, профессора в области информационных систем из Iese Business School в Испании, «в ходе кризиса большие компании осознали, что они должны стать глобальными и что им нужно перемещать свои активы на различных рынках. Поэтому глобальные программы для руководителей высшего звена представляют рынок с огромным потенциалом для роста».

Другие открытые краткосрочные программы для руководителей стали успешными, удовлетворив потребности нишевых рынков: Cranfield School of Management известна программой в сфере управления цепями поставок, лондонская Cass Business School запустила программу по исламским банковским продуктам в кампусе в Дубае. В Kellogg School of Management предлагаются программы продолжительностью 2–3 дня – программа ориентирована на приезжих слушателей и позволяет за одну неделю пройти хоть и короткие, но две программы обучения.

Преподаватель или консультант?

Но все больше и больше традиционные краткосрочные открытые программы от бизнес-школ, такие как финансы или финансы для не финансистов, вытесняются курсами тренинговых компаний, стоимость которых существенно ниже. С другой стороны, компании часто обращаются в школы, чтобы они провели оценку слушателей и инструктаж. Начинает размываться граница между консультированием и обучением, что оказывает дополнительное давление на школы, говорит Шеддон. В Cranfield, рассказывает он, преподаватели фокусируются на программе, остальные услуги предоставляются через сторонние организации.

Так как же тогда провести границу между бизнес-школами и консалтинговыми фирмами? Профессор Велор говорит, что консалтинговые фирмы решают проблемы, в то время как школы обучают менеджеров, как самим решать свои проблемы.

Что является очевидным – так это то, что есть некоторые регионы мира, где бизнес продолжает расти вместе со спросом на обучение в школах бизнеса. Это особенно характерно для стран БРИК. По словам Пауло Резенде, заместителя декана Fundacao Dom Cabral, прошлый год стал для его школы самым успешным – бразильские компании сократили финансирование программ обучения своих менеджеров за границей и пришли к местным поставщикам. «Кажется, мы с успехом справились с возложенными на нас задачами», – говорит профессор Резенде, «потому что они продолжают направлять к нам на учебу все новых и новых сотрудников».