Сергей Михайлов: Интервью - Сергей Михайлов, группа «Капиталъ управление активами»

Структуры группы «Капиталъ» создавались в начале 1990-х для инвестиций акционеров «Лукойла» Вагита Алекперова и Леонида Федуна. Каждый проект в составе группы должен быть построен с расчетом на продажу. Инвестиционные интересы акционеров «Капитала» простираются от недвижимости и энергетики до пенсионного бизнеса и московского «Спартака». Перспективы последних проектов пока самые неопределенные: пенсионный бизнес теряет привлекательность из-за риска пересмотра пенсионной реформы, а у «Спартака» не получается стабильно играть. Об этом в интервью «Ведомостям» рассказал председатель совета директоров группы «Капиталъ управление активами» Сергей Михайлов.

– Средства пенсионных накоплений в активах группы ИФД «Капиталъ» составляют более 170 млрд руб. – половину всех активов группы. Вы оценивали, что для бизнеса ИФД «Капиталъ» будет означать разворот пенсионной реформы?

– Оценивали не то слово. Если пенсионная модель сохранится в нынешнем виде, то к этим средствам мы привлечем еще какую-то сумму, порядка 60 млрд руб. Потому что клиентская база ограничена объективным фактором – демографией. Новые поколения, которые через 2–3 года начнут трудовую деятельность, гораздо малочисленней. Поэтому приток новых клиентов в систему обязательного пенсионного страхования сократится, и среди НПФ начнется борьба за перемещение клиентов друг у друга (см. врез).

– Ваш пенсионный фонд «Лукойл-гарант» – лидер по количеству привлеченных застрахованных. Не так давно появились слухи, что вы пытаетесь его продать в том числе потому, что непонятны перспективы пенсионной реформы.

– Не знаю, кто вам сказал, что его кто-то собирается продать, но мы предложений никому не делали и ни от кого реальных оферов не получали. Однозначно отвечу одно: все проекты нашей группы строятся таким образом и с такими целями, чтобы спустя какое-то время найти инвестора.

– То есть «Лукойл-гарант» изначально строили на продажу?

– Совет директоров ИФД и менеджмент фонда, безусловно, думали о возможности сделки. Вся история в том, что есть какое-то количество факторов, от которых зависит цена. Это не только темпы роста фонда, повышение эффективности, управление рисками и т. п. – есть еще регулирование, нормативное пространство, в котором живет рынок. Мы сейчас в любом случае стоим очень дешево, потому что все правила игры не прописаны толком.

– Какая доля активов под управлением ИФД «Капиталъ» – инвестиции акционеров «Лукойла» и группы «Капиталъ», а какая – рыночные клиенты?

– Все, что называется бизнесом по управлению активами, т. е. более 220 млрд руб. по итогам первого полугодия, – это рыночные клиенты. Другие активы составляют $4–5 млрд.

– Какая выручка и финансовый результат были у группы в 2011 г.?

– Динамика совпадает с тем, что происходит на рынках. Ну плохой год 2008-й, плохой год 2011-й. В 2009–2010 гг. все было в порядке.

– Какова структура акционеров группы «Капиталъ»? Какая доля у Леонида Федуна?

– Не могу ничего по этому поводу сказать.

– Вы акционер группы?

– Я – опционер. Мы делим всю нашу деятельность на две части. Одна из них проектная, вторая – это регулярный бизнес, если угодно. Если я участвую в проекте, являясь членом совета директоров, то я и мотивируюсь из проекта. Сделка закончилась – доход образовался, его разделили между участниками проекта. Акционеры группы заработали свою денежку, опционеры – свою.

– Ну ваш опцион уже реализован?

– Какой-то да. Например, руководил я проектом ТГК-8, мы завершили его, реализовали актив.

– ИФД «Капиталъ» реализует проект «Тушино-2018». Как он структурирован?

– У нас там стадион и инвестконтракты с партнерами – «Спортивной Россией» и Российской автомобильной ассоциацией.

– Партнеры деньги дают?

– Там до денег еще не скоро дело дойдет.

– В одном из интервью Федун сказал, что футбольный клуб «Спартак» процветал бы, если бы не строительство стадиона, в который он вкладывает полмиллиарда долларов. Это он один вкладывает?

– Стадион финансирует Федун – эти инвестиции делаются частично через закрытый ПИФ «Спортинвест» [которым управляет структура ИФД «Капитал» – компания «Менеджмент центр»]. А в проекте «Тушино-2018» несколько объектов. Стадион только один из них. Два других – инфраструктура. Эти два инвестконтракта находятся в стадии проработки. Поскольку раньше проект строился под одну идею, а теперь речь идет о том, чтобы все в «Тушино» сделать «про футбол» в связи с чемпионатом мира-2018. И пока там не о чем особо говорить, содержание инвестконтракта обсуждается на уровне московского правительства. Что там будет, как будет оформлено, пока не решено.

– Это проект федеральный. А что дает бюджет?

– Земля – вклад государства. Пока это все.

– Вы ищете инвесторов в эти два инвестпроекта по «Тушино»?

– Ну считайте, что да. Инвесторам надо что-то предложить. Если ничего не нарисовано на бумажке, не написано, глупо говорить: у нас есть чего-то, пойдите поглядите.

– А вы успеете построить? Ранее заявлялось, что уже в 2014 г. чемпионат России должен быть на этом стадионе. Этот план актуален?

– Вроде бы все его придерживаются.

– В России, кажется, нет таких проектов по строительству стадионов, которые бы стали прибыльными. ВТБ в свой стадион «Динамо» уже сколько лет инвестирует.

– Открою секрет: такие проекты не приносят скорой прибыли нигде в мире.

– А зачем тогда это вам?

– Любой проект хочется сделать бизнес-проектом. Когда-то можно попробовать объединить все проекты – и стадион, и клуб «Спартак», и детские спортшколы. И тогда из этого получится товар. Для продажи.

– А какая будет структура акционеров этого спортивного комплекса? Учитывая, что там вклад государства и основные инвестиции Федуна и «Капитала»?

– На дату завершения инвестконтракта будут оценены вклады всех сторон и определятся доли. Сейчас это еще не определено. Там есть еще побочные издержки. Например, там выход из метро законсервирован. И вот от прежнего московского правительства к нам были предложения финансировать работы по его расконсервации. Мы были удивлены, говорили: а где это у нас есть частное метро? Его никто не строил из частных предпринимателей, кроме [Араса] Агаларова из «Крокуса».

– Вас могут попросить расконсервировать метро?

– Пока нам от нового правительства Москвы таких предложений не поступало.

– В 2004 г., собираясь заняться спортивными активами, вы говорили, что ваши активы в шоу-бизнесе приносят прибыль и что спорт – это тоже шоу-бизнес и поэтому инвестиции в него вам интересны. Что же принесли вам инвестиции в «Спартак»?

– Я имею пять серебряных медалей как менеджер. Можете себе представить – пятикратный вице-чемпион России по футболу и два раза наш клуб занял непризовые места: 4-е и 8-е.

– А вы фанат «Спартака»?

– Ну конечно фанат, раз я с фанатами «Спартака» работаю (в совете директоров ФК «Спартак» Михайлов занимается работой с болельщиками. – «Ведомости»).

– А Федун?

– Ну и Федун фанат.

– «Спартака»?

– Ну да.

– Что это он, веру поменял? До покупки «Спартака» болел за киевское «Динамо».

– Ну как можно заниматься клубом, если ты фанат другого клуба?

– Вы акционер «Спартака»?

– Нет. Я опционер.

– Согласно СПАРК, «Спартак» принадлежит одноименному кипрскому офшору (59,4%), остальное у неких «граждан России». Кто эти граждане помимо Федуна?

– У него спросите. Некрасиво говорить, сколько у них чего. На каком юрлице эти акции и кто ими управляет – это дело пятнадцатое до того момента, как сам проект станет красивым и нарядным. Потому что пока клуб занимает 15-е место, толка не будет. Если это клуб «про футбол», то должен занимать места, приносить доход. И тогда мы будем думать, как этот проект структурировать, с кем слить, как упаковать и т. д.

– У «Спартака» в 2011 г. убыток 1,2 млрд руб. Его можно вывести на прибыль?

– Футбол в мире и в России может быть доходным. Если это пока не получается, значит, проект находится в стадии инвестирования. Туда нужны деньги еще, нужно развитие. Нужно играть [хорошо].

– А какой бюджет у «Спартака»?

– Около $100 млн.

– Была информация, что у [бывшего владельца «Спартака» Андрея] Червиченко клуб покупался за $70 млн. Это так?

– Ну, возможно.

– Интерес к покупке «Спартака» проявлял Петр Авен. До переговоров дело не дошло?

– Я об этом лично от Авена не слышал. Может, он предлагал Федуну, я не знаю.

– А вообще есть желающие стать соинвестором клуба или выкупить его?

– Нет, мне кажется, нет.

– А каким образом получилось, что Федун решил купить «Спартак»? До сделки он интереса к «Спартаку» не проявлял.

– Ну откуда вы знаете? Может, он тайно сочувствовал «Спартаку»? «Лукойл» же долгое время был спонсором «Спартака», не являясь его акционером. Есть много бизнесменов, которые инвестируют в футбол – и в английский, и в российский, не имея никакого отношения к клубу.

– Сколько «Спартак» зарабатывает на атрибутике, на сборах?

– Не так сильно мы отстаем от топовых чемпионатов – я имею в виду Англию и Испанию. Мы по своему бюджету в топ-4–5 уже входим. А по сборам в чем фокус: экономика футбола крепко опирается на экономику страны. Если бы у нас были спонсоры типа Vodafon, мы бы имели другие доходы – от прав на телетрансляцию и наружной рекламы. Этим надо заниматься. В чемпионате Германии посещаемость каждого матча – 40 000. А у нас топовая посещаемость в «Спартаке» – 24 000 человек в среднем. Ситуация [с доходами «Спартака»] поменяется, когда будет свой стадион. Доходы со своего стадиона будут в разы выше, чем то, что мы получаем от «Лужников».

– А сколько вы получаете от «Лужников»?

– Немного. Я думаю, $12 млн в год.

– Когда окупятся инвестиции в стадион?

– Есть статистика международная. У них – лет 40.

– Вы на такую далекую перспективу загадываете?

– Мы собираемся долго жить в России.