Попытки десталинизации канули в Лету, Чиркунов ушел в апреле 2012 г. В последние годы в стране укрепляется «традиция» и реакция. Против «Перми-36» объединились ветераны ФСИН и православные активисты, которых возмущал ежегодный гражданский форум «Пилорама», проводившийся на площадке музея. Возможно, форум был главной целью, он уже два года не проводится, однако это не остановило государство.
Стремление государства создать более позитивные массовые представления о прошлом демонстрирует новый этап исторической политики.
Некоммерческая организация «Пермь-36», создавшая уникальный музей на территории одного из лагерей ГУЛАГа, объявила о начале процедуры ликвидации. «Попытки переговоров с администрацией Пермского края о сохранении «Перми-36» как настоящего музея истории политических репрессий в СССР <...> оказались безрезультатны», – указано в заявлении «Перми-36». Краевые власти за два года отодвинули правозащитников от управления мемориалом, создав параллельное госучреждение «Мемориальный комплекс жертв политических репрессий». По словам предправления АНО «Пермь-36» Алексея Симонова, музей не закрыт, но меняет идеологию: «Это будет не музей политзаключенных, а музей политохранителей».
Музей политических репрессий пользовался поддержкой экс-губернатора Олега Чиркунова. Он мог стать первым среди сети таких музеев. Подобные музеи в бывших нацистских концлагерях ежегодно посещает от 700 000–800 000 человек (Бухенвальд и Дахау в Германии) до 1,3 млн (Аушвиц-Освенцим в Польше).
Главным в судьбе «Перми-36» стало стремление властей создать образ прошлого, где светлые страницы преобладают над темными. Правозащитники, называвшие палачей палачами, а преступления преступлениями, выбивались из принятой концепции. Поэтому музей решили перепрофилировать, чтобы не раздражать значительную часть общества, которая одобряет деятельность Сталина.
Организация просветительских программ, налаживание туристической инфраструктуры и логистики для музея политрепрессий требует денег – а кому это сейчас нужно в государстве, где значительная часть населения не видит в лагере ГУЛАГа не только ничего страшного, но и ничего нового для себя лично.
Впрочем, четкой позиции у власти нет, она маневрирует в зависимости от личных пристрастий и настроений общества. В Москве государственный музей истории ГУЛАГа получил новое здание и объявил конкурс на памятник жертвам репрессий. Но не на Лубянке, а на проспекте Академика Сахарова.