От редакции: Пикалевщина


В русском языке появилось новое слово «пикалевщина». Так теперь называют проблему российских моногородов.

В нашей стране около 500 городов, жизнь которых полностью зависит от состояния дел на градообразующем предприятии. В моногородах живет около 25 млн человек – четверть всех горожан страны. Иногда таких предприятий в городе два или три, но они связаны друг с другом, так что трудности одного тут же создают проблемы остальным.

Что же делать с моногородами? Важно понимать, что они очень разные и стратегии помощи должны быть тоже разные. Есть как минимум две большие группы: города, базовые для крупного бизнеса, где расположены важнейшие активы, где более высокие доходы местных бюджетов и заработки. И города, менее значимые для бизнеса, где находятся непрофильные или второстепенные активы, где невысокие зарплаты.

Базовые города в среднем почти вдвое крупнее и уже поэтому более жизнеспособны. Там занятость сохраняется за счет неоплачиваемых отпусков, сокращенной рабочей недели и т. д. И даже уволенные люди спокойно ждут, поскольку понимают, что через год-два эти рабочие места будут восстанавливаться.

У моногородов с второстепенными и непрофильными бизнес-активами все гораздо хуже. Там уже происходят массовые увольнения. Вот этой категории монопрофильных городов и должно помогать государство.

Но, во-первых, надо сразу отказаться от простых рецептов вроде массового переселения жителей. А во-вторых, нужно разделить задачу: 1) меры, направленные на выживание жителей моногородов в кризис; 2) медленная расчистка пространства и перепрофилирование моногородов.

В моногородах сейчас около половины занятых – это люди так называемых старших трудоспособных возрастов. Им психологически трудно переезжать. А молодежь и сама активно уезжает оттуда, поэтому через 20–30 лет в бесперспективных городах эволюционным путем не останется трудоспособного населения.

Государственные программы переселения жителей моногородов в регионы, где есть работа, конечно, нужны, но они должны касаться только самых проблемных поселений. Альтернатива переселению – переход на вахтовый метод работы.

В городах, у которых все-таки есть шансы на восстановление, государство может сейчас создавать больше бюджетных рабочих мест и выплачивать полный спектр пособий (может быть, нужны специальные пособия).

Второе направление – повышать мобильность и квалификацию, создавать инфраструктуру непрерывного образования, так чтобы переквалифицироваться могли люди и в среднем, и в старшем возрасте. После переобучения человек может переехать на новое место или работать на стороне вахтовым методом – и в этом ему тоже должно содействовать государство.

Трудовые отношения в моногородах годами строились на патерналистской основе. Из-за этого там плохо с частной инициативой, не развивается малый и средний бизнес. Власти могли бы привлекать бизнес в такие города из других мест за счет упрощения административных барьеров и снижения налогов.

В моногородах имеет смысл специально помогать людям открыть собственное дело. Это может быть единовременная выплата от государства стартового капитала, низкопроцентный кредит, оборудование, упрощенное выделение земли и помещений.

Сделать моногорода процветающими быстро не получится. Точно так же, как и переселить четверть населения российских городов в другие города. Но у России есть успешный опыт реструктуризации угольной отрасли и перепрофилирования угольных регионов. Не говоря уже об обширном опыте зарубежных стран, которые тоже сумели решить проблему моногородов. Поэтому шансы на успех есть.