Статья опубликована в № 2720 от 26.10.2010 под заголовком: Мировые финансовые центры: Финансовый центр Шанхай

Деньги могут переехать на Восток

AP

Финансовый мир полон рейтингами. Инвестбанкиры, затаив дыхание, ждут очередного рейтинга слияний и поглощений, пусть даже связь между местом в этом рейтинге и прибыльностью не особо прослеживается, если вообще существует. Рэнкинги банков существовали, сколько я себя помню, но сейчас они чаще опираются на размер капитала, чем на объем активов. Лучше, но не намного.

Есть и такие международные рейтинги, которые заставляют нервничать правительства, например рейтинги финансовых центров. Эти списки составляются, как правило, по опросам компаний и определяют, насколько кризис изменил репутацию и привлекательность ведущих западных финансовых центров. Таким вопросом больше задаются в Лондоне, чем в Нью-Йорке (некоторые американцы склонны полагать, что мир будет все равно рваться к ним в гости независимо от того, насколько гостеприимны хозяева).

Рейтинг, составленный по заказу муниципального совета лондонского Сити, уверяет, что Нью-Йорк и Лондон все еще идут вровень в соревновании за первое место. Рейтинг журнала The Banker утверждает иное: Нью-Йорк – явный лидер, Лондон дышит ему в затылок и дистанция все сокращается. Но снижаются оценки обоих городов за качество регулирования и налоговое бремя. Компании беспокоятся о будущем по обоим этим направлениям.

Между тем быстрее всех наверх движутся финансовые центры Азии. Речь не только о Гонконге и Сингапуре, но и о Шанхае, Пекине и Шэньчжэне. Китай целенаправленно развивает и рекламирует свои финансовые центры, и это дает свои плоды. Согласно индексу финансового развития Всемирного экономического форума (еще один рейтинг для размышления), Гонконг и Сингапур вот-вот догонят Лондон. Китай уже обогнал Италию по общим показателям развития финансовой сферы.

Большого открытия здесь нет. По мере того как центр мирового экономического равновесия смещается все восточнее, баланс финансовой активности просто обречен дрейфовать вслед. Неизбежность лучше приветствовать, а не сопротивляться ей, и поэтому адекватным ответом для Лондона и Нью-Йорка был бы поиск путей взаимодействия с этими новыми центрами.

Но куда важнее для традиционных финансовых центров понять: действительно ли та международная активность, которая в принципе мобильна, передвигается на новое место? Дать точный ответ на этот вопрос гораздо сложнее, чем на предыдущие. Конечно, менеджеры хедж-фондов переезжают в Женеву, а банкиры обещают собрать чемоданы и уехать из города, забрав с собой свои «порше» и любовниц, каждый раз, когда появляются новые меры регулирования.

Когда-то эти угрозы обладали большим политическим весом, теперь они куда менее эффективны. На них все чаще отвечают: скатертью дорога. Даже Банк Англии задается вопросом, стоит ли, учитывая, во сколько обошлась ликвидация последствий недавнего кризиса, продолжать играть роль радушного хозяина для игроков мирового финансового рынка.

Это рискованный вопрос. Как бы плохо ни вели себя банкиры – а некоторые явно заслуживают десятка-другого лет на скамейке штрафников, – финансовый сектор является ключевым элементом лондонской экономики. Если он придет в упадок, откуда возьмутся рабочие места? Легкомысленные заявления о том, что из рецессии нас выведут наука и промышленность (бывший британский премьер Гордон Браун), – не более чем слова. В мире нет примеров ситуаций, когда постиндустриальному обществу, привыкшему жить на широкую ногу, удавалось масштабное оживление своего собственного производства.

У Лондона нет неотъемлемого права быть мировым финансовым центром. В конце концов, внутренний рынок Британии явно уступает в размерах американскому. Очаги финансовой активности развиваются и приходят в упадок. Если бы ничего не менялось в мире, то штаб-квартира Goldman Sachs находилась бы в Вавилоне. Существует критическая масса, когда комбинация повышенных налогов, обременительного регулирования и недружелюбного политического климата заставляет финансовые компании переезжать.

Есть серьезный риск, что переломный момент для Британии уже не за горами. Вот почему английское управление по финансовым услугам и даже Конфедерация британской промышленности, вечно ворчащая на тему трудностей доступа к кредитам для нефинансовых компаний, начали призывать к перемирию между чиновниками и финансистами.

В ближайшие два или три месяца должно решиться, настанет ли конец мирному существованию или нет. И как это обычно бывает на переговорах о мире, обе стороны должны быть готовы к компромиссу. Компаниям придется продемонстрировать способность к самоограничению при выдаче бонусов. Британское правительство не потерпит еще одного пира во время чумы. А чиновники по обе стороны Атлантики должны решить, как далеко они готовы зайти, наказывая банки. Повторяющиеся угрозы ужесточения налогового бремени могут оказаться контрпродуктивными. Если нам не удастся заключить новый общественный договор между государством и рынком, рынки и в самом деле переедут.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать