Статья опубликована в № 3961 от 17.11.2015 под заголовком: От редакции: Общая угроза

Общая угроза и варианты ответов

Приведет ли угроза террора к серьезному сближению позиций России и Запада

Изменится мир после парижских терактов или нет, но необходимость координации усилий в борьбе с террором надолго выходит на первый план. Участники саммита G20 приняли заявление, в котором обещают удвоить усилия в борьбе с финансированием терроризма и усилить сотрудничество спецслужб своих стран. В странах Запада серьезно обсуждается возможность более жесткой военной операции против террористов. Французские самолеты провели бомбардировку позиций «Исламского государства» (ИГ; запрещено в России). С другой стороны, Барак Обама заявил, что наземная операция была бы ошибкой и США не собираются менять свою стратегию в Сирии.

Для России усиление борьбы с терроризмом – способ вернуться в клуб мировых держав благодаря Сирии. В годы Второй мировой угроза нацизма заставила СССР и Запад закрыть глаза на идеологические противоречия. Станет ли ИГ новым Гитлером, ради противостояния которому Запад будет готов сменить непримиримую позицию по Украине и санкциям?

Разыграть эту карту Россия, безусловно, хочет. В воскресенье в Анталье Владимир Путин обсуждал Сирию с Обамой и Дэвидом Кэмероном. По словам пресс-секретаря президента, в том и другом случае присутствовало понимание «безальтернативности сотрудничества в борьбе с терроризмом».

Но разговоры о едином фронте звучат красиво, пока не касаются подробностей и конкретных уступок. Одно дело более гибкая позиция Запада в вызывающем озабоченность России процессе ассоциации Украины и ЕС (встреча в Брюсселе министров финансов России, Украины и ЕС по зоне свободной торговли назначена на 1 декабря), совсем другое – признание статус-кво по Крыму и Восточной Украине.

Взаимное недоверие никуда не делось. «Новая Ялта», соглашение между Западом и Россией об общей борьбе с ИГ взамен на признание интересов России и ее сферы влияния, едва ли возможна, считает политолог Алексей Макаркин. В отличие от Гитлера ИГ не претендует на мировое господство, а Россия не имеет военного и политического авторитета СССР.

После Крыма и Донбасса Запад рассматривает Россию как потенциальную угрозу, государство, которое пытается вернуться к правилам и практикам международной политики первой половины XX в., разделив мир на сферы влияния. Фундаментальное сближение возможно, если Россия откажется от этих принципов, дав Украине восстановить контроль над восточной границей.

Единый фронт ограничивается Сирией, и то при условии, что Россия не будет проводить собственную линию на спасение режима Башара Асада (см. статью на стр. 07). Реальное сближение с Западом может начаться именно в Сирии, если Россия окажется готова координировать усилия с партнерами по коалиции.