Статья опубликована в № 4190 от 26.10.2016 под заголовком: От редакции: Кто тут хозяин

Чьи деньги и кто хозяин

Зачем государству нужен «Роснефтегаз»

«Роснефтегаз», через который государство целиком или частично контролирует «Роснефть» (69,4), «Газпром» (10,97%) и «Интер РАО» (26,34), похоже, вышел на новый уровень борьбы с правительством за дивиденды – и пока что мяч на его стороне. Компания ведет себя так, как будто никакого правительства, которое в лице Росимущества вообще-то является ее 100%-ным собственником, вовсе не существует, признавая над собой только одну отчетную инстанцию – президента России Владимира Путина. Такое впечатление складывается из переписки правительственных чиновников и руководства госкомпании, с которой ознакомились «Ведомости» (см. статью «Неведомое богатство» от 25.10.2016, стр. 01).

Переписка возникла вследствие планов Минфина увеличить отчисления дивидендов от «Роснефтегаза» с прежних четверти или половины до 100% для покрытия дефицита бюджета. Однако для разработки проекта решения необходимо принять во внимание инвестпрограмму госкомпании, а ее, несмотря на неоднократные запросы, Росимущество так и не получило. Все отчеты «Роснефтегаз» направляет напрямую президенту, ответил гендиректор госкомпании Геннадий Букаев. Все, разговор с акционером закончен.

За время существования «Роснефтегаз» колоссально эволюционировал. Главная задача, для которой в 2004 г. он создавался, – выкуп пакета акций «Газпрома» у его «дочек» – была выполнена еще в 2005 г. Затем компания была нужна для проведения IPO «Роснефти», но и эта задача была решена в 2006 г. Тогда же впервые возник вопрос, так ли необходим посредник между Росимуществом и госпакетами акций. Но «Роснефтегаз» с тех пор только вырос – в государственный холдинг с собственной инвестпрограммой, известной, похоже, только президенту.

И именно президент выступает в конечном счете арбитром в спорах между госкомпанией, совет директоров которой возглавляет его давний соратник Игорь Сечин, и правительством. Именно президента Сечин просил не увеличивать дивидендные выплаты. Именно президента Сечин просил допустить «Роснефть» к приватизации «Башнефти». Именно от президента рынок сейчас ждет решения об изъятии всей прибыли «Роснефтегаза».

Зачем нужен «Роснефтегаз» сейчас? Это исторически сложившийся феномен, оценить эффективность которого, исходя из доступных данных, не представляется возможным, говорит аналитик «Атона» Александр Корнилов. С точки зрения удобства управления активами исключительной необходимости в его существовании нет: напротив, наличие посредника осложняет государству зачисление в бюджет доходов от энергоактивов. Конструкция позволяет осуществлять инвестиционные проекты вроде строительства судоверфи «Звезда» на Дальнем Востоке или электростанций в Калининградской области, которые формально не являются проектами «Роснефти», «Газпрома» или «Интер РАО», говорит Кирилл Таченников из БКС. Опосредованная форма владения дает «Роснефти» возможность пользоваться преимуществами статуса как государственной, так и негосударственной компании в зависимости от ситуации, – и в этом от существования «Роснефтегаза» есть несомненный плюс. Для топ-менеджмента «Роснефти».