Статья опубликована в № 4224 от 14.12.2016 под заголовком: Urban agenda: Постгород Москва

Границы города-дженерика

Партнер УК «Спутник» Булат Столяров о том, что может позволить себе Москва как экс- и постгород

Мегапроект «Моя улица», показавший миру мистический темп телепортации почти всего гранита Уральских гор на тротуары центра Москвы, резко повысил температуру дискуссии о том, что можно и чего нельзя делать в современном мегаполисе, не лишенном исторического лица. Амбиции и вызовы растущего глобального города формируют высокий спрос на масштабное тиражирование всего опробованного, а уважение к исторической идентичности взывает к осторожности в смелых заимствованиях, несмотря на их вероятную скорость и эффективность. Первостепенной здесь оказывается проблема оптики: исходя из каких онтологических критериев городу определять свой баланс?

В давнем экстремистском эссе архитектор Рем Колхас предложил метафору города-дженерика по прямой аналогии с фармацевтической индустрией. Город, предпочитающий не уникальные дорогие решения, работающие на развитие его идентичности, а средства-дженерики – общие для многих городов, многократно опробованные, лишенные уникальности надежные лекарства, в основном предыдущих поколений. Разумеется, самое широкое применение урбанистические дженерики получают в бурно растущих городах, и прежде всего в Азии: здесь есть и потребность, и возможность строить одинаково эффективные, одинаково огромные и вообще почти одинаковые аэропорты, моллы, хайвеи, деловые центры, жилые кварталы, набережные и парки. «Что, если мы имеем дело с глобальным освободительным движением «К черту характер!»? Что остается, когда соскабливается идентичность? Дженерик! <...> Это постгород, который формируется на месте экс-города. <...> Город-дженерик разрывает деструктивный цикл зависимости от идентичности: в нем нет ничего, кроме отражения актуальных потребностей и возможностей. <...> Главное подрывное значение города-дженерика: он переводит посредственность на более высокий идеологический уровень», – эпатирует Колхас.

Для Москвы, которая одновременно и экс-город с ярчайшей самостью, и постмегаполис, уверенно преодолевающий размерность 20-миллионной агломерации, принципиальным является вопрос о границах применения дженериков – не уникальных, зато надежных решений азиатского толка, не претендующих на тонкое взаимодействие с исторической индивидуальностью города. Где именно Москва, как постгород, может и должна позволить себе смело внедрять приемлемое типовое, а где она обязана блюсти свою стать экс-города и привередничать как хрустальнейший из музеев? Где в этой партии темп должен цениться выше качества, а где на обдумывание хода (проектирование уникального) окажется не жаль всего отведенного времени? Применение именно к московским проектам оптики «дженерик / уникум» может оказаться максимально продуктивным, ибо Москва такова и есть: одновременно экстремально эксклюзивная и типовая, консервативная и либеральная, локальная и глобальная.

Москва в последние пять лет совершила значительный рывок как город, доказывающий способность на успешное внедрение разнообразных сильнодействующих дженериков. Произошло стремительное избавление от комплексов, отвечающих за подозрительность к эффективным заимствованиям. Можно спорить о деталях, но в целом очевидно, что:

новая модель паркинга в историческом центре города, сочетающая неотвратимость платности с удобством IT-сервисов, импортирована верно;

сотни небольших типовых транспортных изменений на уровне городских улиц и светофоров из мирового бенчмаркинга от Маккинзи – лучше, чем ничего для развязки транспортных узлов и узелков;

быстрое внедрение в городские дворы типовой инфраструктуры детских площадок согласно понятной библиотеке подсмотренных решений – нормальный путь;

приближение инженерного облика новых вылетных магистралей типа Варшавки к широким азиатским городским хайвеям необходимо, хоть и дорого;

«Активный гражданин» как цифровой интерфейс взаимодействия города с горожанином по хозяйственным вопросам – не только IT-компенсация отсутствующего в городе местного самоуправления, но и просто эффективный цифровой сервис;

московские парки, оставшиеся в целом в рамках своих исторических мастер-планов, но быстро наполненные европейского стиля сервисными наборами, хороши.

Сочетание большой типовой проблемы, развитой мировой практики общепринятых решений и относительной безопасности заимствования для хрупкого тела экс-города – вот пространство для уверенного применения дженериков и в дальнейшем. Москва больше не стесняется заимствовать полезные вещи, а значит, есть шанс, что в городе появятся и достойные современного мегаполиса конгрессно-выставочные центры, и логистические хабы, и современные индустриальные парки, а там рукой подать и до пресловутой мультиязычной городской навигации. Здесь можно обойтись без уникального, достаточно сделать грамотно.

Что различает эта оптика в проблеме вызвавшего переполох проекта «Моя улица»? Здесь мы застаем Москву в деликатной точке взаимодействия быстрой энергетики меняющегося мегаполиса с медленной средой исторического центра, пребывающего, по Колхасу, в «смирительной рубашке идентичности». Выбранный тип реновации тротуаров предельно помпезен: торжественный гранит не может быть равен скромному асфальту, это такой бетховенский та-да-да-дам. У гранита не выйдет просто сделать улицу комфортной пешеходу, он призван не менее чем вернуть зрителя театру старого центра, торжественно примирить статику экс-города и постдинамику мегаполиса. И здесь ловушка: в этом торжественном статусе новая гранитная горизонталь центра оказывается просто обязанной качественно соответствовать старой вертикали – составляющим дух центра фасадам и памятникам. И, как мы видим, далеко не всегда соответствует.

Эта оптика не может признать самого существования целостного проекта «Моя улица». Есть кварталы удачные, где видны и идея, и внимание к деталям, и сносное инженерное воплощение. И есть неудачные, где упущено что-то из этого списка или упущено сразу все. Про удачные известно, что они проектировались индивидуально, потому что были призваны стать пилотами, пригодными к тиражированию. Остальные оказались жертвами тиража. Там, где городу-дженерику суждено вторгаться в тонкую материю исторического центра, единственным критерием успешности вторжения оказывается бескомпромиссное качество, а значит, максимальное внимание к процедуре проектирования и толерантность к заведомо низкому темпу. Как говорила одна моя знакомая, это именно то место, где мы можем быть только безупречны. И это несложный урок.

Вероятно, нынешняя Москва может быть еще более эффективной в применении дженериков, но есть вопрос кратно важнее. В какой мере Москва сегодня способна на придумывание и воплощение уникального? Останется ли городу от нынешней эпохи не заимствованный по своей сути, нетиповой след, который даст ему заряд идентичности на десятки лет? Есть ли у Москвы осознанные вызовы, для ответов на которые недостаточно одних дженериков? И видны ли возможности, прежде всего эмоциональные, чтобы действовать без компромиссов инновативно и храбро?

Кажется, здесь напрашивается для рассмотрения всего лишь несколько крупных инициатив, каждая из которых в отдельности могла бы сделать славу мэру любого крупного города:

– это проект всестороннего развития створа Москвы-реки как стратегической оси, несущей образцовые практики и коммерческого девелопмента, и инфраструктурного благоустройства, и социокультурной жизни мегаполиса;

– это работа с капитализацией архитектурного наследия русского авангарда как с тем фамильным бриллиантом, который рациональнее наконец научиться носить, чем продолжать стыдливо прятать;

– это уточнение стиля экономической политики города, которому неплохо бы научиться видеть предпринимательский генокод, особенную силу московской эклектичной купеческой предприимчивости, которую невозможно вместить только в моллы, типовые рождественские киоски Санты и ярмарки выходного дня.

И нет для Москвы вызова крупнее, чем судьба 8000 га «ржавого пояса» на теле города, шестой части его территории, покрытой умершими промышленными зонами, живущими сегодня уродливой и часто опасной социально-экономической жизнью. Политика города в отношении типа их редевелопмента способна дать многим районам города совершенно новое лицо, если его ваянием всерьез заняться. Этот мегапроект обязан стать основой развития Москвы на 50 лет, равно востребуя как общепринятые дженерики, так и собственные масштабные инновации.

Автор – управляющий партнер УК «Спутник»