Мнения
Бесплатный
Статья опубликована в № 4256 от 06.02.2017 под заголовком: От редакции: Семейные ценности

Семейные ценности

Как происходит капитализация административной ренты на сужающемся рынке

В предстоящие восемь лет российских олимпийцев будет одевать компания ZA Sport, победившая в конкурсе Олимпийского комитета России (ОКР). Быть техническим спонсором ОКР – дорогое удовольствие для малоизвестного бренда (ООО «За спорт» создано только в конце 2016 г., а бренд, как сообщает сайт ZA Sport, – в 2012 г.). Впрочем, опыт у дизайнера Анастасии Задориной есть: среди клиентов – «Транснефть», волейбольный клуб «Динамо Москва», сборная России по волейболу, аэропорт «Внуково», телепередача «Спокойной ночи, малыши!». Есть и самая важная в российской экономике вещь – семейная репутация. Отец Задориной – генерал-полковник, руководитель службы обеспечения деятельности ФСБ.

Семейная репутация помогает многим молодым, начинающим бизнесменам, как, например, сыновья генпрокурора Юрия Чайки. Сын Аркадия Ротенберга Игорь, владеющий половиной проекта «Платон», на прошлой неделе стал крупнейшим акционером Тульского патронного завода. Сын еще одного друга Владимира Путина – Николая Шамалова Кирилл входит в сотню богатейших россиян, ему принадлежит 21,3% «Сибура».

Конечно, чаще дети видных отцов идут в топ-менеджмент (и, кстати, уже реже – в собственно чиновничество). Петр Фрадков давно работает в ВЭБе, сейчас он первый зампред, а его младший брат Павел в 2015 г. с позиции замруководителя Росимущества перешел на позицию замуправляющего делами президента. Предправления «Согаза» Сергей Иванов в марте 2016 г. стал старшим вице-президентом Сбербанка. Андрей Патрушев в 2015 г. стал заместителем гендиректора «Газпром нефти» по шельфовым проектам, его старший брат Дмитрий с мая 2010 г. – предправления Россельхозбанка.

Сын Дмитрия Рогозина Алексей в 2012 г. стал исполнительным директором одного из предприятий ВПК – Алексинского химического комбината. Сын Сергея Кириенко Владимир в сентябре 2016 г. был назначен заместителем гендиректора «Ростелекома».

Такая ситуация типична для современной России, отмечает политолог Николай Петров. Старшее поколение капитализирует свое политическое и административное влияние. Назначение детей при слабом кадровом отборе обеспечивает лояльность и управляемость порученных им компаний и – заодно – лояльность их отцов.

В 2016 г. Россия возглавила рейтинг кумовского капитализма (Crony-capitalism Index), составляемый журналом The Economist. Вместе с тем авторы рейтинга отмечали, что в последнее время общий объем кумовского капитала снижается (ведь во многом он существует за счет ресурсной ренты, а цены на нефть падали). Для России важно также, что экономика была ограничена санкциями и контрсанкциями. Это, с одной стороны, уменьшало рентный пирог и ужесточало конкуренцию за куски, с другой – перенаправляло интересы кланов в новые ниши, защищенные от внешней конкуренции. Здесь важнее становится административная рента – получение неконкурентных преимуществ.

Если рынок сужается и становится все более «своим», то нужен какой-то порядок, новые правила отсечения ранее угодных игроков и справедливого передела ренты среди «оставшихся своих». Любопытно, как может быть устроен такой рынок в будущем: несколько крупных монополий и множество монополий мелких? Слияния и поглощения за счет посадок прежних акционеров?

Отдел комментариев