Мнения
Бесплатный
Мария Железнова|Андрей Синицын
Статья опубликована в № 4358 от 07.07.2017 под заголовком: От редакции: И все-таки он вертится

И все-таки он вертится

Устоит ли в третьем диссовете концепция истории от Владимира Мединского

Сегодня диссертационный совет при Белгородском госуниверситете приступит к рассмотрению заявления историков Вячеслава Козлякова и Константина Ерусалимского и эксперта «Диссернета», филолога-латиниста Ивана Бабицкого о лишении министра культуры Владимира Мединского ученой степени доктора исторических наук за ненаучность его диссертации «Проблемы объективности в освещении российской истории второй половины XV – XVII вв.».

Этот научно-популярный сериал тянется давно, Белгородский диссовет станет уже третьим, уполномоченным ВАК рассмотреть заявление (ранее диссоветы при УрФУ и МГУ по формальным обстоятельствам не стали этого делать), он должен дать рекомендацию о лишении или сохранении Мединскому ученой степени. Но какое бы решение ни принял совет в Белгороде, оно не будет окончательным: в течение полугода его должен рассмотреть экспертный совет при ВАК, а потом – президиум ВАК, во всех случаях эксперты вправе согласиться или не согласиться с рекомендациями нижестоящего совета.

«Диссернет» обратил внимание на диссертацию Мединского в 2012 г. Собственно плагиата, по словам Бабицкого, там обнаружился только один абзац, вынесенный, однако, на защиту как часть авторской концепции. Но эксперты «Диссернета» вычислили, что упомянутые в работе монографии Мединского не существуют в реальности и что большая часть иноязычных и современных российских исследований, упомянутых в библиографии, не использованы Мединским в работе.

Но уникальна диссертация Мединского методическим принципом: критерием истинности и достоверности исторического труда автор объявляет его соответствие «интересам России».

Другой важный методический принцип Мединский красочно раскрывает в колонке для «Российской газеты», опубликованной 4 июля: «Идеи и мифы – тоже факты. Идеи и мифы, овладевшие массами, исторически весомее любых колизеев и виадуков <...> история всегда субъективна и опосредована <...> Признайтесь: достоверного прошлого не существует <...>».

Такой крайний субъективизм заставляет еще больше усомниться в диссертации Мединского: во-первых, как диссовет мог достоверно оценить интерпретацию автора (может, поэтому другие диссоветы теперь не могут ее проверить)? Во-вторых, исходя из концепции Мединского, вправе ли мы вообще утверждать, что он защищал диссертацию и что она была? Достоверное ли это прошлое?

Мединский пытается представить себя гонимым за то, что мыслит не так, как другие. Автор так видит. Ну и бог бы с ним, но автор – министр культуры, имеющий административные и финансовые полномочия для влияния в том числе на историческую науку. В том, что принцип мифологизации истории политически востребован, Мединский тоже признается: «Кто управляет историей – управляет будущим. Ибо сказано: без прошлого нет будущего», практически цитируя (без ссылки) одну из главных антиутопий XX в., оруэлловскую «1984».

Что ж, это честно. Мы переписываем историю в национальных интересах – таким образом, всякий, кто не переписывает ее вместе с нами, фальсифицирует ее.