Статья опубликована в № 4365 от 18.07.2017 под заголовком: От редакции: Враг повышает цены

Враг повышает цены

Как политика определяет страхи россиян

В начале 2017 г. цена на нефть была на стабильном и приемлемом для России уровне, Центробанк победил инфляцию, ВВП вышел из минуса, однако ожидания тяжелого будущего у россиян укрепились. Главное опасение – дальнейшее снижение уровня жизни: тревоги, связанные с ростом цен на продукты и товары, их исчезновением из продажи, обесцениванием сбережений, выросли с 2015 г. в 3,4 раза – с 8 до 27 пунктов в индексе страхов ВЦИОМа. На 2-м месте после роста цен оказались тревоги, связанные с международной напряженностью, конфликтами между странами и войнами, – 20 пунктов.

Тревоги, имеющие отношение к тому, с чем россияне сталкиваются на личном опыте, растут. С тех пор как Россия присоединила Крым и утихли торжества по этому поводу, из минуса вышли опасения, связанные со здоровьем и получением медицинской помощи (от -5 до 8 пунктов). Почти настолько же выросли тревоги по поводу разгула преступности, конфликтов внутри страны на политической, национальной или религиозной почве. Ведущий эксперт-консультант ВЦИОМа Олег Чернозуб видит в этих данных, что «оптимизм общества в отношении преодоления кризиса и сохранения политической стабильности становится неустойчивым».

Наблюдения «Левада-центра» показывают не рост обеспокоенности, а рост негативных оценок своего имущественного положения. «Рост идет медленный, и это очень существенное обстоятельство», – отмечает руководитель отдела социокультурных исследований Алексей Левинсон. Граждане успевают адаптироваться к снижению уровня жизни, поэтому для них не возникает кризис в точном смысле этого слова, когда приспособиться люди не могут. Привыкают к бедности они за счет снижения уровня потребления, отказывая себе в условной роскоши: не поедем отпуск, не заменим холодильник, машину. Катастрофические обстоятельства возникают только у самых бедных слоев, которых пока меньшинство. Люди при этом считают, что положение их будет ухудшаться, но не драматично, отмечает Левинсон.

Опасения международных конфликтов существуют параллельно, отчасти оправдывая кризисную адаптацию уровня жизни.

В то время, когда Россия присоединяла Крым, воевала в Сирии, когда был пик боев в Донбассе, такие страхи были меньше. Объяснение тут простое. Страхи войны в отличие от личных вызваны государственной пропагандой в СМИ, и здесь наблюдается накопительный эффект. В отсутствие других разрешенных тем экспертные дискуссии в государственных СМИ почти полностью посвящены образу врага. «Это реакция на медиапоток, потому что объективных крупных осложнений на международной арене сейчас нет», – говорит политолог Михаил Виноградов.

Полная версия статьи. Сокращенный газетный вариант можно посмотреть в архиве «Ведомостей» (смарт-версия)