Статья опубликована в № 4377 от 03.08.2017 под заголовком: От редакции: Бедные, но счастливые

Бедные, но счастливые

Почему уровень счастья россиян сейчас близок к рекорду

Реальные доходы россиян падают уже почти три года, но парадоксальным образом такое обеднение не делает их несчастными. Как подсчитал ВЦИОМ, те же самые три года уровень счастья держится на стабильно высоком уровне, а в апреле 2017 г. и вовсе вышел на рекордные с начала измерений в 1990 г. 85% – шестеро счастливчиков против одного несчастливого. Данные ВЦИОМа в целом совпадают с данными «Евробарометра» (собирает РАНХиГС), согласно которым счастливыми себя в последние три года стабильно называют около 75% опрошенных россиян.

Социологи объясняют большое количество счастливых тем, что для россиян счастье не в деньгах. Эту максиму любят повторять и Владимир Путин, и Дмитрий Медведев. По словам ведущего эксперта ВЦИОМа Олега Чернозуба, чтобы чувствовать себя счастливыми, россиянам, как правило, хватает общего благополучия в семье (с ним связывают свое состояние 33% опрошенных) и нормального здоровья (22%). Такого набора факторов достаточно, поскольку в целом россияне живут с мыслью, что нынешние экономические затруднения все же не критичны, поясняет Чернозуб.

Семья и друзья добавляют россиянам уверенности в том, что они не останутся наедине с трудностями. Судя по майским данным из мониторинга социального самочувствия Института соцполитики ВШЭ, на них в ситуации падения доходов полагается почти треть опрошенных (28%). Но еще больше – 42% – говорят, что не рассчитывают в такой ситуации вообще ни на какую поддержку. Государство как источник помощи имеет значение только для 4% – и это несмотря на рекордно высокую, 21%, долю соцвыплат (пенсии, пособия) в доходах россиян, зафиксированную Росстатом в I квартале 2017 г.

Но они воспринимаются населением не как помощь государства, а как возврат им того, что было ими заработано ранее, объясняет экономист из ВШЭ Лилия Овчарова.

Отсутствие прямой корреляции счастья и материального благополучия у многих россиян объясняется в том числе и экзистенциальной окраской счастья, говорит директор Центра социологических исследований РАНХиГС Виктор Вахштайн. Поэтому человек может говорить: да, я счастлив, но не удовлетворен своей жизнью, отмечает Вахштайн. А вот уровень удовлетворенности жизнью – субъективное благополучие – как раз зависит от экономического положения, и его показатели в последнее время ухудшаются. За последние полгода самооценка россиян своего благополучия в опросах РАНХиГС для «Евробарометра» упала с 75 до 64%, при этом ощущение счастья осталось неизменным – 75%.

Зарубежные исследователи наблюдают связь между доходами и ощущением счастья, но только до определенного уровня. Для жителей развитых стран это $20 000 ВВП на душу населения по ППС, полагает профессор Лондонской школы экономики Ричард Лэйард, а доходы сверх этого уровня счастья уже не прибавляют. В России же, похоже, есть, наоборот, некий минимум доходов, создающий возможность счастья для большинства, – и мы его, по счастью, еще не достигли.