Статья опубликована в № 4394 от 28.08.2017 под заголовком: От редакции: Культура субсидий

Как финансировать культуру, чтобы никто не сел в тюрьму

Между художником и властью должно быть профессиональное сообщество
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Скандальное дело Серебренникова породило множество комментариев о, мягко говоря, несовершенстве механизмов государственного финансирования культуры. Это несовершенство во многом выгодно власти.

С точки зрения государства, нет разницы между строительством моста и постановкой спектакля: производство обоих продуктов за счет федерального бюджета финансируется одинаково. Такой механизм далеко не всегда соответствует реалиям современного арт-процесса, одновременно бюрократизируя его и стимулируя поиски обходных маневров, а значит, создавая «спящие» условия для уголовного преследования.

Субсидии в области культуры и искусства (это основная форма их финансирования) предполагают обязательное казначейское сопровождение. Выделенные государством средства переводятся не на расчетный счет театра, продюсерской компании, организаторов фестиваля и т. п., откуда те на свое усмотрение берут деньги в соответствии с производственными потребностями, а на счет в казначействе, откуда деньги могут быть переведены поставщикам и подрядчикам только после 100%-ного выполнения ими работ и проверки всех договоров и платежек. То, что не подтверждено должным образом оформленными документами, не оплачивается, а то, что потребовало расходов значительно сверх предварительной сметы, может быть оплачено не полностью. Авансирование работ, как правило, в договоре о выделении госсубсидии не предусмотрено, а если предусмотрено, то тратить аванс можно строго на определенные цели: например, на зарплату.

То есть как минимум запускать производство субсидируемого государством культурного продукта продюсерам необходимо на свои средства.

В частности, только чтобы подать заявку на получение субсидии на съемку кино- или мультфильма, нужно предоставить в Минкультуры справку о наличии у производителя «материально-технических и кадровых ресурсов» и внести залог в размере определенной суммы собственных живых денег: например, для игрового фильма – это 1,5 млн руб. на производство и 0,5 млн руб. на завершение, для телесериала – 2 млн руб. на производство, для анимации – 30 000 руб. (если заявка не получает господдержки, залог возвращается). Ликвидировать кассовый разрыв такими суммами возможно далеко не всегда. В некоторых случаях продюсеры решают вопрос за счет кредитов, но для банков это проблемная сфера: если в случае производства, например, фильма в залог могут быть предоставлены авторские права, то что могут дать банку организаторы какого-нибудь фестиваля медиа-арта?

Получить наличные из средств госсубсидии легально невозможно в принципе, а расходы, оплата которых возможна только наличными, существуют. Другие расходы, порядок которых может вызвать вопросы у проверяющих, – гонорары участников: сколько-нибудь стандартных ставок (в советском понимании) нет. Чисто творческие проблемы – остановка процесса из-за болезни актеров первого ряда, брак в работе, изменение замысла – возможны даже при высокой технологичности творческого процесса, что приводит к перерасходам или дополнительным тратам.

При этом возможности для контроля государства за использованием его денег есть. Госденьги выделяются не одним траншем, а в несколько этапов, причем каждый следующий транш перечисляется только после предоставления и приемки министерством финансового отчета по предшествующему периоду и письменного подтверждения проведения мероприятия, съемок, постановки и проч. Договорами на предоставление субсидии оговаривается и право министерства (силами профильных органов) проводить проверки целевого расходования бюджетных средств на предварительных этапах работы.

Как проверить эффективность потраченных государством денег? Если с классическими инвестициями механизм и критерии оценки эффективности госрасходов понятны и не вызывают споров, то с субсидированием нематериального производства консенсуса нет, рассуждает Александра Суслина из ЭЭГ. Повышение эффективности госрасходов и усиление возможностей контроля были в числе задач, которые должна была решить система казначейского сопровождения. Но сама по себе она эти вопросы не решает, коррупция, растраты и неэффективные инвестиции никуда не исчезли.

Нынешняя система госфинансирования культуры и искусства остается несовершенной, хотя и предполагает бОльшую ответственность и прозрачность, отмечает Анастасия Иволга из «Трансперенси интернешнл – Россия». Экспертные группы Минкульта, принимающие решения о выделении денег, не обременены декларациями о возможном конфликте интересов, а финансовая документация, которую предоставляют получатели субсидий в министерство, недоступна для публичного аудита, что делает возможным злоупотребления как со стороны государства, так и со стороны подрядчиков.

Зарегулированность субсидирования появилась как ответ на коррупционные нарушения, но она же сильно ограничивает возможность законной работы – т. е. создает условия для новой коррупции как бизнеса на обходных путях. Здесь важно то, что решение о финансировании культуры или науки принимает чиновник, а не профессиональное сообщество. Во многих европейских странах культура финансируется через посредничество некоммерческих фондов, которые аккумулируют государственные и негосударственные средства и принимают компетентные решения о выделении средств. Качественная репутационная среда создает атмосферу доверия, в которой донор может иногда опираться на репутацию реципиента (что не отменяет строгой отчетности по итогам).

В нашей системе прямых отношений художника с властью, во-первых, велик риск некомпетентных решений, во-вторых, создается нездоровая конкуренция за доступ к источнику, в-третьих, вопрос финансирования неизбежно политизируется – либо прямо условиями лояльности, либо рисками попадания в войну за распределение денег между группами во власти.

В России система репутаций не только не создана, власть во многом работает на их разрушение. И профессиональные сообщества у нас слабые, а профессионалы привыкли поодиночке решать свои вопросы с государством.

Полная версия статьи. Сокращенный газетный вариант можно посмотреть в архиве «Ведомостей» (смарт-версия)

Читать ещё
Preloader more