Мнения
Бесплатный
Екатерина Моисеева
Аналитика / Extra Jus
Статья опубликована в № 4422 от 05.10.2017 под заголовком: Extra jus: Еще одна адвокатура

Еще одна адвокатура

Социолог Екатерина Моисеева о проекте повышения качества юридической помощи

В Госдуму внесен законопроект, предлагающий повысить качество юридической помощи за счет введения образовательного ценза для всех судебных представителей. Аналогичная мера содержится в пакете поправок в процессуальные кодексы, одобренном 3 октября пленумом Верховного суда. Сейчас требования к квалификации судебных представителей существуют только по уголовным и административным делам, в гражданском и арбитражном процессе представлять интересы сторон может кто угодно, даже человек без юридического образования.

Согласно законопроекту судебный представитель должен иметь высшее юридическое образование, полученное по аккредитованной программе в отечественном вузе. Эти требования распространяются не только на сотрудников юрфирм, но и на штатных юристов, представляющих интересы организации в суде. Представителям, получившим юридический диплом в другой стране, необходимо будет сдать дополнительный экзамен, а иностранным организациям – получить аккредитацию. Выдавать лицензии и проводить аккредитацию будет неназванная «общероссийская общественная организация», но все понимают, что речь идет об Ассоциации юристов России (АЮР), председатель которой Павел Крашенинников и внес законопроект в Госдуму.

Интересно в этой истории то, что законопроект перечеркивает предыдущую дискуссию о реформе судебного представительства. В 2015 г. Министерство юстиции приступило к разработке концепции регулирования рынка профессиональной юридической помощи. Представители адвокатуры и юридического бизнеса активно участвовали в обсуждении концепции, в том числе на площадках Минюста. Главный вопрос состоял в том, как повысить качество юридических услуг для потребителей. Федеральная палата адвокатов (ФПА) предлагала объединить всех судебных представителей на базе адвокатуры, так как это единственная профессиональная группа, которая имеет этический кодекс и квалификационный экзамен. Юридический бизнес отказывался быть «под колпаком» у адвокатуры и предлагал либо оставить все как есть, либо ввести альтернативную, более простую систему лицензирования для юристов неуголовной специализации. За два года дискуссии стороны постепенно отошли от первоначальных позиций и достигли некоторых компромиссов (в частности, признания приемлемой для обеих сторон формы деятельности «адвокатская фирма»).

Внесенный в Госдуму законопроект в целом предлагает сбалансированное решение: он не создает жесткой монополии ФПА, наводит некоторый порядок на рынке юридических услуг и учитывает позицию корпоративного сектора. АЮР много лет занимается аккредитацией юридических вузов – почему бы не заняться лицензированием юристов и аккредитацией юридических организаций? И все же есть сомнения, что предложенные меры смогут реально изменить ситуацию на рынке юридических услуг и повысить качество юридической помощи для граждан.

Во-первых, уже на следующий день после внесения законопроекта АЮР дала пояснения, что в обязательном порядке правила допуска к профессии будут применяться только к иностранным юристам. Если так, то цель законопроекта – урегулировать деятельность иностранных юристов, а не повысить квалификацию отечественных. Главные конкуренты российских юридических фирм – иностранные компании, с которыми сложно равняться по обороту и клиентуре. Надо называть вещи своими именами.

Во-вторых, если образовательный ценз все-таки будет введен для российских судебных представителей, то контроль допуска в профессию перейдет на уровень вузов. Зная современное состояние российского юридического образования, глупо надеяться, что такое решение положительно отразится на качестве юридической помощи. Скорее всего, сложится обратная ситуация: повысится спрос на дипломы, а не на знания и квалификацию. Во всех развитых странах наличие юридического образования является необходимым, но не достаточным условием допуска к профессии. Если говорить о реальном контроле качества юридической помощи, то необходимы дополнительные фильтры на вход в профессию, такие как стажировка и квалификационный экзамен. Кроме того, должна быть процедура лишения лицензии в случае недобросовестного поведения судебного представителя.

В-третьих, если АЮР будет не просто выдавать бумажки и вести реестры, а создавать механизмы контроля качества юридической помощи в гражданских, административных и арбитражных делах, то мы получим еще одну адвокатуру. Можно было бы просто остановиться на варианте расширения адвокатской монополии. Конечно, не все юристы довольны состоянием современной адвокатуры, многие считают адвокатские палаты архаичными организациями и указывают на нефункциональность адвокатских образований на рынке. Но это не означает, что существующие институты нельзя улучшить.

В России так и не сформировалось способное к консолидации профессиональное юридическое сообщество. Достижение компромисса между адвокатами и юридическим бизнесом дается нелегко, возможно, поэтому АЮР решила идти в обход концепции Минюста. Если законопроект будет принят в нынешнем виде, принципиальных изменений на рынке юридических услуг не произойдет. АЮР получит контроль над лицензированием иностранных юристов и повысит свой символический статус, а для граждан ситуация останется прежней. Введение обязательного образовательного ценза для судебных представителей не повысит уровень квалификации судебных представителей. Нужно либо повышать качество юридического образования, что долго и трудно, либо вводить дополнительные фильтры для допуска в профессию.

Автор – научный сотрудник Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге

Кандид
12:22 05.10.2017
Подумал, и решил дополнить комментарий. Наши законотворцы в своем раже защитить бедный народ от свободного выбора представителя в суд, (например, более грамотного, чем он знакомого,друга или родственника) не должны на этом остановиться. Надо защитить.его от собственной правовой неграмотности, сказав А, должны сказать и Б. А именно, запретить самим гражданам обращаться в суд, только через адвоката. А у кого нет денег, пусть сидит и не вякает. Вот никого не интересует ситуация, когда адвокаты по назначению занимаются не защитой обвиняемого, а помогает следователю, уговаривая своего клиента признать вину. А, учитывая, что следствие, прокуратура и суд действуют единым фронтом, то такая тактика оказывается полезной, даже для невиновного. Срок ему дадут в любом случае, а если не ерепенится, то дадут чуть меньше.
20
Комментировать