Иерусалим как часть внутренней политики Трампа

Стоит ли ожидать серьезной эскалации насилия на Ближнем Востоке
Дональд Трамп хочет выглядеть решительным президентом /Dominick Reuter

Решение Дональда Трампа перенести американское посольство из Тель-Авива в Иерусалим, как ни парадоксально, – событие скорее внутренней, чем внешней политики: это попытка президента США продемонстрировать решительность на международной арене. Негативная реакция арабских радикалов может привести к кратковременной эскалации насилия в Палестине и Израиле, но вряд ли серьезно повлияет на обстановку в регионе в целом.

Документ о переезде дипмиссии в Иерусалим и признание его американской стороной столицей Израиля, как, собственно, считает и сам Израиль, был подписан Трампом под объективами телекамер. Формально такое решение противоречит принятой в августе 1980 г. резолюции Совбеза ООН (тогда США воздержались при голосовании), которая не признала Иерусалим столицей Израиля и назвала ранее принятый израильский закон противоречащим международному праву. Эти действия отражают сложившуюся ситуацию, когда в древнем городе находятся большинство государственных институтов – кнессет, Верховный суд, правительство и большинство министерств, отмечает востоковед Леонид Исаев.

Заявление Трампа вызвало бурную реакцию исламского мира, особенно Палестины: многие мусульмане считают Восточный Иерусалим, занятый Израилем в октябре 1967 г. после Шестидневной войны, столицей независимого Палестинского государства. Против высказались лидеры многих арабских государств и президент Турции Реджеп Эрдоган. А глава политбюро радикального палестинского движения «Хамас» Исмаил Хания призвал к третьей интифаде (восстанию) палестинцев против Израиля и объявил пятницу «днем гнева».

Признание Трампом Иерусалима столицей Израиля – следствие стратегического союза двух стран и сильного произраильского лобби в США, отмечает эксперт по международным отношениям Владимир Фролов, но это решение важно больше для внутренней, а не внешней политики США. На международной арене Трамп хочет продемонстрировать решительность и успех – внутри страны ему это редко удается. Несколько важных его инициатив – об изменении системы медстрахования, запрете приема мигрантов из ряда мусульманских стран – были заблокированы, громкие заявления о готовности наказать КНДР за испытания ядерного оружия привели лишь к обострению конфронтации в регионе. Трамп пытается переключить внимание с неудач на новые проекты, где он выглядит решительным политиком и последовательным союзником, почти не рискуя, полагает Фролов.

При этом решение Трампа не означает немедленного переезда дипмиссии из Тель-Авива в Иерусалим: он может еще долго переноситься и откладываться.

Протесты арабских лидеров, в том числе президента Палестины Махмуда Аббаса, носят скорее ритуальный характер, считает Исаев: они опасаются усиления позиций Ирана в случае роста радикальных настроений в Палестине больше, чем роста напряженности между Израилем и Палестиной. Кроме того, они тесно связаны с США торговыми соглашениями и поставками американского вооружения.

Заявление Трампа может вызвать кратковременную эскалацию насилия на Ближнем Востоке и в других странах с мусульманским населением, новую серию обстрелов Израиля, нападений на американские посольства и захвата граждан США, отмечает арабист Алексей Малашенко, но серьезно они не изменят ситуацию: израильская армия имеет значительный опыт реагирования. Кроме того, в обострении вряд ли заинтересованы и власти Палестинской автономии, опасающиеся усиления радикалов и ответных боевых операций израильтян.

Российский МИД отреагировал на новости выражением «серьезной обеспокоенности» из-за вероятного осложнения обстановки в регионе. Сдержанный тон заявления отражает нежелание Москвы ссориться с Вашингтоном по второстепенному вопросу и одновременно – с Ираном, от позиции которого во многом зависит ситуация в Сирии.