Как спасти Deutsche Bank

Слияние с Commerzbank не обещает быть беспроблемным
Richard Drew / AP Photo

«Больше – значит лучше» – таков, видимо, был принцип руководства Deutsche Bank в прошлом десятилетии. Гендиректор Йозеф Акерманн наращивал активы как до финансового кризиса 2008 г., так и после, как будто бросая вызов регуляторам, стремившимся по всем фронтам ограничить чрезмерно разросшийся и перешедший границы допустимого риска банковский сектор.

Как ни парадоксально, но более чем через 10 лет после кризиса принцип «больше – значит лучше» снова стоит на повестке дня при определении стратегии развития Deutsche Bank – правда, на этот раз речь идет о выживании все еще крупнейшего банка Германии. Предлагается объединить его с Commerzbank (в понедельник объявлено о начале официальных переговоров), хотя Deutsche до сих пор не закончил интегрировать немецкий Postbank, приобретенный почти 10 (!) лет назад.

В случае слияния Deutsche и Commerzbank их совокупные активы составят около 1,9 трлн евро ($2,2 трлн). Это меньше, чем было у одного Deutsche в 2008 г., когда он занял 2-е место по активам в рейтинге The Banker с $3 трлн (на первом тогда был Royal Bank of Scotland – до вынужденного спасения мирового лидера властями Великобритании оставались считанные месяцы). Вот только триллионные активы никак не помогают зарабатывать – ни банкам, ни их акционерам. С 2015 по 2017 г. Deutsche нес убытки, и только в прошлом году смог получить небольшую прибыль – 341 млн евро. Его рыночная капитализация составляет 16,6 млрд евро, в сентябре 2018 г. банк исключили из европейского индекса голубых фишек Euro Stoxx 50. Капитализация Commerzbank – всего 9,3 млрд евро. С пиков в мае 2007 г. акции банков подешевели на 91,5 и 96,8% соответственно.

После Акерманна Deutsche сменил нескольких гендиректоров, но радикально изменить ситуацию никому не удалось. Серьезные проблемы создает инвестбанковское подразделение, многие операции которого убыточны. И гендиректор Commerzbank Мартин Цильке ставит пересмотр его деятельности условием для серьезных переговоров; но поскольку от своего инвестбанковского подразделения Commerzbank после кризиса избавился, в этой области экономии на масштабах у банков в случае их слияния не будет. Яркой иллюстрацией проблем Deutsche служит сделка, о которой недавно рассказала The Wall Street Journal. В 2007 г. банк купил портфель облигаций 500 муниципалитетов США за $7,8 млрд; проблемы с этими бумагами, качество которых ухудшалось, и способом их учета длились девять лет, пока в результате их продажи Deutsche не зафиксировал убыток в $1,6 млрд.

Проблем при слиянии будет немало – от необходимости привлекать капитал (оба банка после кризиса уже разместили акции на 30 млрд евро, и новая допэмиссия не воодушевит акционеров) до списания стоимости неликвидных активов и споров о сокращении около 30 000 из 140 000 сотрудников (профсоюзы уже выступили против). Директор-распорядитель МВФ Кристин Лагард еще в 2016 г. говорила о Deutsche: «Я не вижу другой возможности для этого банка, кроме вмешательства государства». Некоторые немецкие политики поддерживают слияние (хотя есть и оппоненты), в том числе как возможность создать национального чемпиона как минимум в Европе, где объединенный банк будет третьим по активам после HSBC и BNP Paribas. Проблема в другом, сказал Financial Times высокопоставленный представитель европейского банковского регулятора: «Если слияние провалится, мы получим регуляторные проблемы, которых стремимся избежать».