Почему закон о фейкньюс россияне одобрили, а закон о неуважении власти – нет

При этом репрессивная суть обеих новелл для общества очевидна
Андрей Гордеев / Ведомости

Попытки законодателей убедить общество, что репрессивные законы о наказании за «неуважение к власти» и распространение фейкньюс нужны для защиты общества, не удались. Большинство россиян восприняли их как попытку власти не допустить публичной критики в свой адрес – но одновременно многих россиян такой расклад устраивает, поскольку они считают государство своим единственным защитником, имеющим право на репрессии.

Как показал мартовский опрос «Левада-центра», репрессивный и охранительный характер обоих законов очевиден для большинства респондентов, причем во всех социально-демографических группах. В целом по стране 64% респондентов считают, что он направлен на то, чтобы «не допустить критику власти» ее оппонентами. Больше всего считающих так среди молодежи 18–24 лет, руководителей, специалистов, горожан, москвичей, в целом людей с высоким социальным статусом – 71–78%. Убедить эти группы власти, возможно, и не надеялись, но даже среди пожилых или малообразованных респондентов, жителей провинции и тех, кто практически не пользуется интернетом, такое мнение разделяет большинство опрошенных – 56–62%, отмечает директор «Левады» Лев Гудков в комментариях к опросу.

Опрос проводился в конце марта – еще до того, как закон о неуважении к власти был применен в первый раз, причем именно так, как ожидали россияне: по случаю появления на колоннах здания ярославского УМВД надписи «Путин ***р» (правда, первый блин вышел комом – процедура была нарушена). Правоприменительный дебют закона о неуважении случился спустя менее чем через две недели после подписания законов президентом, а процесс разработки и принятия новелл был столь стремителен, что значительная доля граждан плохо знакома с их содержанием (много слышали – 18% опрошенных, что-то – 39–40%, 41% узнали о новых запретах от социологов).

Но если большинство единодушно в оценке обеих новелл как охранительных, то в отношении к самим законам единства нет. Закон о наказании за неуважение к власти большинство (53%) не одобряет. А вот закон о наказании за фейкньюс, наоборот, большинство (55%) поддерживает – т. е., надо полагать, именно репрессивная его составляющая им и нравится. Среди тех, кто больше прочих одобряет закон о наказании за фейкньюс, доминируют социально слабые или тесно связанные с властью материальными интересами группы, отмечает Гудков: они смотрят на власть как на источник или гарантию своего относительного благополучия, с ней связывают надежды на улучшение экономической ситуации. Критики и оппозиционеры в их глазах подрывают эту надежду и во многом иллюзорное чувство защищенности государством – ради них можно убедить себя в праве власти вооружаться репрессивными законами, дающими ей карт-бланш для злоупотреблений и произвола.