Вот это номер

Введение идентификационных номеров для сотрудников Росгвардии – это вопрос не только политической воли, но и другого уровня ответственности для правоохранителей
Евгений Разумный / Ведомости

Введение идентификационных номеров для сотрудников Росгвардии и их ношение во время работы на митингах и акциях протеста – идея, требующая не только политической воли, но и иного уровня ответственности самих сотрудников, и с тем и с другим сейчас, после летней волны протестов в Москве, могут возникнуть сложности.

Законопроект, который обязывает сотрудников МВД и Росгвардии носить во время общественных акций «хорошо различимые» идентификационные номера, внес в Госдуму сенатор и экс-уполномоченный по правам человека в России Владимир Лукин. Такая деанонимизация упростит установление личностей сотрудников правоохранительных органов, превысивших полномочия и нарушивших закон, – в первую очередь для самих органов правопорядка. Лукин исходит из того, что задачи и принципы работы полицейских и росгвардейцев схожи, а значит, и требования к ним должны предъявляться одинаковые. Идентификация по номерам, по его мнению, будет способствовать повышению «персональной ответственности» правоохранителей и в итоге служить «дополнительной гарантией защиты граждан от произвола» (цитаты по ТАСС). Сейчас носить нагрудные жетоны с личным номером обязаны только сотрудники полиции, но на московских акциях протеста жетоны часто бывают скрыты бронежилетами. Сотрудники Росгвардии никаких опознавательных жетонов или нашивок носить не обязаны вовсе. Избыточное применение силы при задержаниях, неоправданная жестокость отдельных правоохранителей спровоцировали стихийную акцию с требованием их деанонимизации, но результаты таких общественных кампаний не всегда успешны.

С одной стороны, правоохранители по роду деятельности вынуждены совершать действия, которые могут повлечь желание граждан им отомстить, говорит Кирилл Титаев из Института проблем правоприменения, поэтому практика именных жетонов в мире не очень прижилась. С другой – должна быть возможность идентифицировать сотрудника, преступившего закон, особенно в странах, где культура самоконтроля в правоохранительных органах не очень высокая, а сами органы многочисленны, – номерные жетоны решают эту проблему.

В силовых ведомствах инициатива Лукина не найдет понимания, отмечает председатель Московского межрегионального профсоюза полиции Михаил Пашкин: это означает принципиально другой уровень ответственности за свои действия, сокращение пространства корпоративного покрывательства. Риски деанонимизации преувеличены, проблема технически решаема, считает Пашкин, например, за счет наличия у каждого сотрудника больше чем одного номера, привязку будет знать только отдел кадров – заодно повысится заинтересованность самих органов в предупреждении утечек.