Как Борис Джонсон выиграл выборы

Итонский выпускник и чужак из Нью-Йорка, он умудрился стать надеждой и простых англичан, и рафинированных классов
AFP

Ложка – вот что стало причиной безоговорочной победы Бориса Джонсона и его Консервативной партии на выборах 12 декабря. Не просто ложка, конечно, – прежде она принадлежала Голде Меир, премьер-министру Израиля, великой женщине. А снабдил ложкой кандидата Джонсона не кто иной, как Ури Геллер, так сказать, официальный волшебник; да он еще и зарядил мемориальный столовый прибор особой положительной энергией. Хорошо, что не погнул силой мысли реликвию!

Можно было бы поискать параллелей в политических биографиях Голды Меир и Бориса Джонсона – и немало найти их, если бы репутация Ури Геллера не обесценивала его сообщения о ложке. Но чего нельзя отрицать – так это горячей поддержки, которую выказал волшебник победителю Джонсону.

А надо сказать, что Ури Геллер не только ложки гнет, но и играет известную роль в британском еврейском сообществе, которому, конечно, совершенно не понравились высказывания лидера лейбористов Джереми Корбина, главного противника Бориса Джонсона, – его слова были сочтены почти антисемитскими. Но еврейская община почти сплошь выступала против Brexit – главного пункта в программе кандидата Джонсона.

«Ложка Голды Меир», точнее, игра на якобы антисемитизме конкурентов, – не единственный пример прецизионной работы Бориса Джонсона с избирателями. Были у него и куда более сложные и важные с точки зрения количества мест в парламенте комбинации, одна из которых – полуофициальное соглашение о взаимодействии с партией Найджела Фаража, которое особенно дорого обошлось лейбористам.

Нельзя не обратить внимание и на телевизионную рекламу консерваторов: с помощью роликов Борис Джонсон будто бы лично стучался в каждую британскую дверь, да еще с рождественскими песнопениями, а заодно – с кратчайшим содержанием предвыборной программы, написанным крупными буквами на больших кусках картона; точно так в голливудских фильмах или очень плохие, или очень хорошие герои сообщают важные секретные сведения, чтобы никакой посторонний не слышал.

Удивительное дело: итонский и оксфордский выпускник и в то же время растрепанный чужак родом из Нью-Йорка, всегда нарочито небрежно, неловко одетый человек – правда, с отличным чувством юмора и острым политическим чутьем – умудрился сделаться надеждой одновременно и так называемых простых англичан, и рафинированных классов.

И сам он прекрасно об этом осведомлен, дорожит этим доверием и поддерживает его. Во всяком случае, одно из первых своих выступлений после выборов 12 декабря он провел из округа, прежде безраздельно принадлежавшего лейбористам – Тони Блэр там избирался! – но не упивался победой; напротив, предлагал забыть распри, связанные с Brexit (чего уж там – до Нового года уложимся). «Наша страна отправляется в увлекательное плавание, – сказал он. – Мы возвращаемся в собственное понимание жизни, в свои, родные убеждения, в свой подлинный образ». Он предложил заняться залечиванием разрыва, поделившего нацию, а чувство привязанности к континенту, оставшееся у римейнеров, превратить просто в хорошее отношение к европейским нациям, с которыми предстоит строить новое партнерство.