Как материнский капитал повлиял на рождаемость

Экономист Евгений Яковлев о способах оценить эффект российской программы стимулирования рождаемости
Действительно, рождаемость в России, как и в других странах, колеблется год от года и не так просто отделить эффект реформы от остальных трендов. /Андрей Гордеев / Ведомости

В экономике в обсуждении того или иного вопроса – в том числе того, по которому я хочу высказаться, а именно влияния материнского капитала на рождаемость, – как правило, существуют весомые аргументы в пользу различных, зачастую диаметрально противоположных точек зрения. Наиболее весомый вклад в пользу того или иного аргумента – иллюстрация тезиса с помощью данных или, как говорят экономисты, пусть данные говорят за нас.

Дискуссии о способности денежных стимулов влиять на рождаемость эксперты ведут много лет. С одной стороны, есть аргумент, что решение родить ребенка – это глубоко личный вопрос и деньги здесь не самый важный фактор. С другой – для большой группы семейных пар, которые не против родить ребенка, но колеблются, дополнительные стимулы могут быть как раз тем переломным аргументом. Тем более что материнский капитал – стимул весьма весомый: во многих регионах России он примерно равен цене одной комнаты, т. е. дает возможность переехать из однокомнатной в двухкомнатную квартиру.

В этой статье я приведу несколько аргументов и проиллюстрирую их графиками – не всегда самыми важными, но, на мой взгляд, хорошо показывающими изменения, произошедшие в результате реализации программы материнского капитала. Основой для анализа и графиков стало совместное исследование с аспирантом Университета Висконсина Ильей Сорвачевым.

Утверждение 1. Реформа ни на что не повлияла, она просто совпала с трендом рождаемости. Например, рождаемость росла и раньше.

Я не согласен с этим утверждением.

Действительно, рождаемость в России, как и в других странах, колеблется год от года и не так просто отделить эффект реформы от остальных трендов. Тем не менее график 1 (отношение рождений вторых и третьих детей к количеству первенцев в 1997–2017 гг.) хорошо иллюстрирует изменение тренда, которое точно совпадает с моментом введения программы материнского капитала. Федеральный и региональные материнские капиталы были сосредоточены на стимулировании рождений вторых и третьих детей, на этих цифрах и следует ожидать эффекта. График показывает отношение количества рождений вторых и третьих детей к количеству первенцев за последние 30 лет. Из него видно, что, во-первых, до 2007 г. это отношение было стабильным, а во-вторых, с 2007 г. в структуре рождений произошли огромные изменения. Доля рождений вторых и третьих детей выросла почти в 2 раза!

Этот график иллюстрирует эффект реформы, но ее влияние на рождаемость на самом деле было даже выше – выросло не только количество рождений вторых и третьих детей, но и количество первенцев.

Утверждение 2. Рост обеспечила не реформа, а другие факторы. Скажем, 2000-е гг. были относительно стабильными для российской экономики, отсюда и рост рождаемости.

Я не согласен с этим утверждением.

В экономике существует несколько широко используемых способов показать на данных, что то, что мы видим, является причинно-следственным эффектом материнского капитала (а не других факторов) на рождаемость.

Первый способ – это посмотреть на эффект реформы спустя небольшой промежуток времени после того, как мы должны видеть результат. Если мы наблюдаем скачки в рождаемости спустя, скажем, 9–10 месяцев после анонсирования реформы, то с большой долей уверенности мы можем говорить, что этот скачок произошел благодаря реформе. Вероятность того, что и другие факторы одновременно сыграли роль, мала (скажем, ВВП в это время менялся плавно).

График 2 (количество рожденных детей на одну женщину в возрасте 15–55 лет, 2003–2016 гг.) показывает помесячные данные о рождаемости: периоды введения материнских капиталов в 2007 г. (федеральный) и 2012 г. (региональные) отмечены вертикальными красными линиями. Из этих данных была убрана сезонность (как правило, в течение летних месяцев рождается больше детей), чтобы более наглядно представить результат. Мы видим, что рождаемость начала расти летом 2007 г., спустя девять месяцев после анонсирования программы федерального материнского капитала, и второй раз – в 2012 г., когда стали действовать региональные материнские капиталы. Рождаемость в буквальном смысле скакнула на 10% после введения федерального и на 5% после введения региональных материнских капиталов (и более того, продолжала расти после этих скачков).

Такой рост нельзя объяснить тем, что люди подтасовали дни рождения детей, чтобы попасть под действие реформы, – рост рождаемости произошел летом 2007 г., спустя полгода после того, как начали давать материнский капитал. Тот факт, что рождаемость так моментально отреагировала на программу, кажется удивительным, однако это не означает, что все сразу кинулись «делать детей» – скорее, возможно, кто-то решил не делать аборт. Похожий эффект – скачкообразный рост рождаемости и сокращение абортов после введения субсидии – наблюдался, например, в Испании.

Второй способ показать причинно-следственную связь между материнским капиталом и рождаемостью – это сравнить рост рождаемости в различных регионах России. Экономический рост или стагнация должны ощущаться во всех субъектах Федерации, однако там, где денег за рождение детей дают больше, можно ожидать большего увеличения рождаемости. И действительно видно, что там, где региональные материнские капиталы были больше, рождаемость росла быстрее.

Кроме того, на изменение рождаемости влияют и различия в рынках жилья. Согласно данным Пенсионного фонда России, большинство семей расходуют деньги материнского капитала на улучшение жилищных условий, и рождаемость быстрее росла в регионах, где ощущалась наибольшая нехватка жилья и где на материнский капитал можно было приобрести максимальную жилплощадь (т. е. реальная цена материнского капитала, выраженная в квадратных метрах жилья, была выше).

Наконец, в качестве дополнительного аргумента можно сравнить рост рождаемости в России с другими странами. Наиболее подходящая группа для этого – страны Восточной Европы. Так вот, в 2007 г. у нас наблюдался рост рождаемости, в то время как в этих странах было скорее падение, в частности вследствие мирового финансового кризиса.

В целом именно реформа, с моей точки зрения, привела к росту рождаемости, который в сумме (после введения федерального и региональных материнских капиталов) составил минимум 20–25% за первые 10 лет реформы.

Утверждение 3. В последние два года рождаемость стала падать, количество рожденных сейчас меньше, чем количество умерших, так что мы наблюдаем убыль населения. И несмотря на все принятые меры, мы будем наблюдать ее еще, возможно, достаточно много лет.

Я согласен с этим утверждением.

После роста рождаемости в первые 10 лет после реформы начиная с 2017 г. у нас наблюдается откат (график 3, коэффициенты рождаемости). Тем не менее рождаемость все еще выше дореформенного уровня на четверть. Таким образом, в результате реформы у нас до сих пор достаточно высокий коэффициент рождаемости, т. е. количество рожденных на одну женщину.

Однако, если смотреть на общее число рожденных, здесь набирает силу другой важный фактор – уменьшение количества матерей. Сейчас пришла пора рожать женщинам, родившимся в 1990-е гг., а их очень мало вследствие демографического спада из-за снижения рождаемости и третьей волны демографической ямы, идущей с Великой Отечественной войны. Как результат, в 1990-е гг. в России родилось и сейчас проживает на 40% меньше людей, чем в 1980-е гг. в РСФСР.

Несмотря на то что женщины сейчас рожают в среднем больше детей, изменения их количества реформой материнского капитала не компенсировать. Тем не менее его можно сгладить, что программа и делает.

Автор — профессор Российской экономической школы